Иван Иванович взмахнул кнутом, и случилось невероятное. Тяжело, но в тоже время весело и смешно, словно после долгового сна мамонт со стуком костей зашевелил шеей.
-Оле оп!- выкрикнул Иван Иванович и мамонт под вздохи школьников стал на задние ноги.
Скворцов засмеялся.
Алена улыбаясь, вытирала заплаканные глаза.
Молоденькая учительница не разучившаяся верить в чудеса вместе со всеми хлопала в ладоши.
-Можно потрогать?- спросил Бубликов.
- А не испугаешься?
-Испугаюсь!- воскликнул Бубликов, и смело сделал шаг навстречу ожившему гиганту.
-Наш человек,- сказал Иван Иванович, и улыбнулся смелому Бубликову.
Мамонт встал на все четыре ноги и Бубликов погалдел его по белым сверкающим гигантским костям.
С завистью весь пяты « В» смотрел, как Бубликов гладил мамонта.
-Подходите, подходите,- сказал Бубликов, и школьники зашагали к исполину, и пре каждым прикосновении мамонт смешно фыркал, и крутил головой разрезая воздух бивнями как какими саблями.
Иван Иванович подал Алене конец длинного кнута.
Без страха Алена крепко взялась за кнут укротителя и в тот же миг подхваченная невероятной силой сидела на мамонте рядышком с Иваном Ивановичем.
Глава третья. Гвоздев и его знаменитый друг.
И если внутри музея творилось черт знает что, то в нескольких шагах от его стен, поначалу ничего не предвещало особенного. Ну, подъехала машина, ну, вышел из нее человек и все ничего если это не был тот самый Женька, который, по словам Лени вечно вертелся возле музея и который вчера приобрел рубль Петра Великого.
Движения Женьки были легки и беззаботны, словно его нечего не трогало в жизни, а если что и свалилось бы, то Женька Гвоздев справился с проблемой в два счета. И всем своим поведением говорил: «ну смотрите на меня, во я какой». Делал вид, что смахивал с дорогой одежды пылинку, а сам приговаривал: «Ну, как вам мой замшевый пиджак? Вам такой пиджак и не снился, а туфли? Но много вы, понимаете ли, в элитной обуви. Ну, да ладно скажу, что мне жалко! Туфли у меня из кожи из ящерицы»
И Гвоздев полез во внутренний карман своего замшевого «сокровища».
-Эй, мужик,- позвал Гвоздев прохожего и, тыча под нос первому встречному монету Петра Великого, спросил:
-Видел когда-нибудь? Смотри у меня много таких.
Прохожий только ахнул, не зная чему удивляться бесценному раритету или беспечности гражданина.
И не успел прохожий, как следует рассмотреть ни одного, ни другого как Гвоздев уже умудрился собрать возле себя целую толпу.
-А вы уверенны, что рубль подлинный?- спросил кто-то.
-Что значит уверенный,- отмахнулся Гвоздев. Я такие деньжищи заплатил, вам такие и не снились.
-Вам видней, но мне кажется, рубль поддельный.
-Да много ты понимаешь?
-Извините,- и человек решил скрыться, как говорится от греха подальше.
-Во-во иди остуда. Иди и дай другим посмотреть,- выкрикнул Гвоздев вслед усомнившемуся. Ты посмотри, знаток нашелся. Мне вон в музеи миллион за монету дают.
В толпе кто-то хихикнул.
-Берите молодой человек, не прогадаете!
-И возьму. Не мечтайте, с вами не поделюсь.
-Да, пожалуйста, только что-то сомнительно, чтобы дали миллион та. Монета и вправду поддельная.
-Что и вы туда же? Порадовались бы за человека, так нет, лучше завидовать. И не стыдно?
Новый усомнившийся гражданин только развел руками и тоже ушел. Но с ушедшими на роду вокруг Гвоздева не убавилось и он разозлившись и желая доказать что монета самая что не наесть настоящая дал монету в руки какому-то старичку. На вид даже очень солидному гражданину, не исключено, что из знатоков.
-Хоть вы им скажите. Ведь они просто завидуют.
Старичок повертел монету в руках и, не скрывая досады, громко объявил:
-Извините молодой человек, но монета и, вправду поддельная.
Гвоздев уже собрался начать возражать, и не исключено, что если только потребовалось, то и поколотил бы не оправдавшего надежд гражданина, как тот успел доказать свою правоту.