-Посмотрите сами, у вас же на монете портрета нет.
-Как нет,- закричал Гвоздев, хватая монету. И вправду нет!
-И я про то, что нет.
-Ну, ворюги, ну ворюги,- закричал Гвоздев на всю улицу и неизвестно чем все закончилось бы, если на его плече повелительно не легла бы чья-то тяжелая рука, что, мол, не шуми, разберемся. Гвоздев на миг даже растерялся, но и тут не сумел приструнить в себе хвастуна.
-Познакомьтесь мой друг,- гордо сказал Гвоздев окидывая взглядом великана, который возник словно из под земли как перед ним так перед собравшимся народом.
Словно корабельная мачта, которую невооруженным глазом видно издалека явившийся человек величественно возвышался над толпой. Его лицо было округлой формы с красновато смуглым оттенком и говорило о горячности и своенравии. Высокий лоб о необыкновенной целеустремленности. Большие красивые проницательные черные глаза были отражением его неугомонной души, не ведающей что такое покой. Он обладал немалым умом, но ни тем умом, что у иных заключается от прилежной учебы или прочтения сотен книг, а скорее таким умом, который зарождается от невероятной любознательности. Такие люди, как правило, не любят читать и не дружат грамотой, но это несколько не умоляет их состоятельность, сотканную из житейской мудрости. Великое желание обо всем знать на свете превращает их в непосед и несколько в рассказчиков, сколько в искусных слушателей одних единственным в своем роде. Каждое даже пускай самое малозначительное слово такие люди мотают на ус и всеми немыслимыми способами стараются из него получить пользу. Но не подумайте, что они только и делают, что ищут для себя выгоду. Нет совсем наоборот они, как правило, стараются для окружающих, направляя свой незаурядный талант и свою непомерную анергию на благие дела. Хотя, что греха таить они порою столько ломают при этом дров и калечат судеб, что никто во все время не брался говорить кто эти люди- кара небесная или божья благодать.
- А похож как похож!- раздавалось в толпе. Профессионал. Небось, из Ростова.
-Да, где там из Ростова. Это реклама выставки восковых фигур. По телевизору передавали, из столицы две недели будут.
-Из Москвы значит? - заключил кто-то
-А что у нас две столицы? Из Москвы разумеется.
-Как Москвы?- басом спросил великан, да так строго, что народ притих.
-Из столицы Москвы,- боязливо сказал один мужичек.
-Кто дозволил?- заревел великан.
Петр свирепел. Глаза императора стали наливаться кровью, и вот уже казалось, что черные глаза как две виноградины плескались в красном молодом вине бьющим в голову.
Женька Гвоздев испугался. Тонкий длинный молодой человек с вздернутым носом. Он стоял по правую руку от Петра, как какой помощник, но выражение на лице имел такое как у того у которого если что и спросить могут. И что самое обидное по мнению Гвоздева, что с него и спрашивать станут. А больше и с некого было.
-Порисовался на свою голову!- только и рождалось в голове у Евгения Анатольевича Гвоздева.
Гвоздев относился к тем людям, которые устраивают коллекции только за тем, чтобы пускать пыль в глаза. К сожалению, таких коллекционеров как Гвоздев всегда была превеликое множество. Но сама жизнь придумала довольно суровый способ борьбы с такими коллекционерами хвастунами. Любому проходимцу, такие как Гвоздев готовы кричать о своих раритетах, за что они не раз поплатились. Вот и Гвоздев, приобрел дорогую монету Петра Великого только за тем, чтобы носить с собой и хвастаться перед первым встречным.
С каждой минутой Гвоздев корил себя за хвастовство и сам уже начинал понимать, что причина гнева императора он сам, а не перенос столицы из одного города в другой. Нет, конечно, причина весомая тем более для Петра Великого, ну узнал бы он об этом, если он Гвоздев не собрал целую уйму народу поглазеть на императора. Может, все и обошлось.
Надо сказать, что ранее Гвоздев несколько не испугался открытия и приключившегося с ним, только если с начало, но и то, как вы видели самую малость. Так часто бывает именно с хвастунами, лишь только сам факт, что можно как следует «рисануться», отключает у хвастуна все самые жизненно важные предохранители. И вот хвастун уже бесстрашно лезет на пожарную лестницу, бросается переплыть реку в самой ее широкой части и так далее и тому подобное. И не счесть, сколько их Гвоздевых обменяли свою жизнь на сомнительную славу героя на час.