-Да Егор Игоревич, дети не сомневаются, не поспоришь. Хоть кого-то Он смог оградить.
-А остальное?
-Все остальное Егор Игоревич Он забросил на черта. Но надо признать у Бога вышла такая палитра, которой подвластно все и все совершенно.
-А как же человек? Человек не совершенен.
-А вот вы куда. Это заблужденье, то самое что мешает человеку раскрыться. Все мой друг короли и все гении, не каждый может гения в себе открыть. От того людям кажется, что они не совершенны. Но не совершенен человек только иза своей лени. А то что человек сомневается, это с какой-то стороны даже прекрасно. Сомнение есть путь к совершенству, а то человечество совсем лапки свесило.
-Сомнения есть плод жизни!- понял Рублев.
-Да Егор Игоревич да и еще раз да. Как собственно и все. Жизнь есть начало всех начал. И пусть люди ленивы и то, что их окружает не всегда идеал, но ведь не в этом суть. Богу удалось непостижимое он явил без преувеличения совершенную штуку. И названье этой штуки жизнь. А потом уже жизнь дала побеги и восходы, и вышел урожай, а какой это уже другой вопрос. Но сначала была жизнь, и только она.
Рублев задумался.
-Значит, с начало было все-таки курица?
-Да, есле хотите, назовите так,- сказал Дмитрий Сергеевич и лукаво улыбнулся. Но если и была курица, имя у нее одно - жизнь. И та курица снесла золотое яичко.
-И что вы ходит?
-Да выходит как в сказке, а потом человек разбил то яичко, расколол на части, но части те все ровно из чистейшего золота. И человек должен понять как бы там ни было Бог создал самое первостепенное - жизнь. А какая это жизнь он дозволил решать человеку. И разве после этого Бог не волшебный даритель. И когда же человек поймет, что милость Бога и без того не знает границ. А человек с его вечным: «помоги» только раздражает, только выводит Бога из себя. - Помоги, господи спаси господи, Дмитрий Сергеевич разжег ярость в глазах. - Противно слушать люди. Бог безвозмездно дал тебе человек самый большой свой труд, а в довесок разрешил им пользоваться на свое усмотренье, поступать только так как только волен сам решить. Что же вам еще надо? Какую вы еще просите помощь? Что не помнете? Вам же совсем еще недавно напоминали: «Никогда ничего не просите, никогда и нечего и тем более у тех, кто сильнее вас, будет надо сами придут и дадут». Что же ты человек совсем от вседозволенности одурел? Богу противно твое нытье. И знаете, Егор Игоревич, что значит конец света. Конец света это ни что иное, когда Богу в конец станет обидно за свое детище жизнь и он такую задаст трепку, что мы с Иваном Ивановичем предпочтем где-нибудь переждать, чтобы не попасть под его праведный гнев. И станет место на земле лишь семи ангелам тем, о которых ведал Святой Иоанна Богослов.
Рублев был подавлен.
-И что все сбудется?
-Разумеется все, до последнего слова.
-И ничего нельзя сделать?
-Ничего за исключением самого главного.
-Что же это самое главное.
-Опомниться, Егор Игоревич, опомниться. И понять, что жизнь это миг, миг который Бог подарил человеку, чтобы он мог спастись,- вздохнул Дмитрий Сергеевич и в коляске явился Иван Иванович. Он был печален и угрюм, так словно на его сердце лег страшный груз.
Рублев некогда прежде не видел в подобном состояние неунывающего затейника. И испугался.
Иван Иванович тихо без слов подал своему господину непростую монету.
И также грустно Дмитрий Сергеевич взял бесценный раритет, так словно было такое, что на тот момент было важней, чем рубль Екатерины I, а вместе с ним все сокровища мира. Словно решалось, что-то значительное и да такой степени незаурядное, что самому Дмитрию Сергеевичу было не под силу вселить надежду в Ивана Ивановича и его сердце полное тревоги. Только если подбодрить словом.
-Да мой верный Иван Иванович, начал Дмитрий Сергеевич, но так и не закончил. Иван Иванович поднял голову и чувство, страшное чувство, когда от тебя нечего не зависит, так и хлынула из его глаз. - Ну, что вы возьмите себя в руки,- и Дмитрий Сергеевич по-дружески взял Ивана Ивановича за плечо.
-Что же станет, если Леня испугается?- с болью на сердце произнес Иван Иванович. Ведь я так в него верю. Скажите мой господин откройте мне, вы все про всех знаете. Леня не дрогнет, какой финал? Не мучьте меня господин, сжальтесь.