Он замолчал, давая мне переварить услышанное.
— Есть и третий вариант, — продолжил он. — Ты можешь просто ничего не делать. И тогда он будет следовать за тобой везде и всюду, пока не отдаст долг жизни. В прямом смысле — везде и всюду. В каждый мир, в каждую реальность, в каждую передрягу.
Я перевела взгляд на Тедеуша. Тот, заметив, что я смотрю на него, радостно помахал мне рукой и перевернул вертел.
Я снова выругалась. Тысячу раз пожалела, что иногда не могу держать язык за зубами. Ведь могла бы просто промолчать, принять его благодарность — и все. Нет же, нужно было заявить: «Ты мне ничего не должен».
— А можно как-нибудь убрать эту... штуку? — спросила я Дэррека, оглядываясь на Тедеуша. Тот не обращал на нашу беседу ровно никакого внимания, продолжая делать вид, что его беспокоит только то, как бы птичка не подгорела. Хотя я могла поклясться, что он слышит каждое слово.
— Конечно, можно, — кивнул россаш.
Я облегченно выдохнула.
— Когда долг жизни будет отдан, клятва рассеется, и знак растворится сам собой, — закончил он.
— Харг! — выругалась я, и это было самое искреннее выражение эмоций за последние несколько дней. Так и знала, что вляпаюсь. Так и знала!
— Жаркое готово! — прервал мое самобичевание радостный голос Тедеуша. — Давайте подкрепимся — и в путь! В Ромарию! О, как же я соскучился по дому! По нашим горам, по нашим залам, по нашему элю!
Я снова выругалась — на этот раз не заботясь о приличиях и не стесняясь в выражениях. Мужчины переглянулись и рассмеялись — Дэррек сдержанно, одними уголками губ, Тедеуш громко, заливисто, от всей души.
— Очень рада, что смогла поднять вам настроение, — мрачно произнесла я, принимая из рук рыжего здоровенный кусок жареного мяса на импровизированном шампуре из ветки синего кустарника.
Птица, надо признать, была приготовлена великолепно. Сочная, нежная, с хрустящей корочкой и какими-то дикими травами, которые Тедеуш умудрился найти на склоне. Я ела и думала о том, что моя жизнь — это бесконечная череда нелепых случайностей, которые почему-то всегда приводят к новым обязательствам. Я всего лишь хотела выполнить контракт с Лилианой, пережить год на Нурани и вернуться домой. А теперь у меня на запястье красуется знак Курави, прямой наследник ромарийского престола объявил себя моим должником, и мне предстоит тащиться в какую-то неведомую Ромарию, о которой я никогда не слышала.
— Кстати, Тедеуш, — произнес Дэррек, отламывая кусок лепешки, которую рыжий тоже каким-то чудом соорудил из местных злаков, — что ты вообще делал в Изнанке? Как ты сюда попал?
— О, это долгая и печальная история, — отмахнулся рыжий, но его глаза снова сверкнули недовольством. — Меня предали, как последнего дурака. Собственный дядя, представьте себе. Решил, что если наследник исчезнет, то престол перейдет к его сыну. Нанял каких-то темных магов, те открыли портал и выбросили меня сюда. Прямо в лапы к этим гадюкам. Я бы погиб, если бы не вы.
— Дядя? — переспросила я. — Тот самый, который...
— Который ответит за все, когда я вернусь, — закончил за меня Тедеуш, и его голос прозвучал так, что я невольно поежилась. — Но это подождет. Сначала мы должны завершить все формальности. Ты — моя Курави, и я обязан представить тебя Совету Старейшин. Таков закон.
— У меня контракт с матерью Дэррека, — напомнила я. — Я не могу просто взять и отправиться в твою Ромарию. У меня обязательства.
— Обязательства подождут, — неожиданно произнес Дэррек. — Я поговорю с Лилианой. Она поймет. Тем более что Ромария — не просто мир. Это один из ключевых миров в нашей системе реальностей, и если ты Курави наследника, это открывает перед нами совершенно новые возможности. Политические, дипломатические, магические. Матушка будет довольна.
— Политические? — я скептически приподняла бровь.
— Ты даже не представляешь, насколько, — ответил он, и в его голосе прозвучала та самая загадочность, которая всегда заставляла меня нервничать.
Я тяжело вздохнула и отставила пустой шампур. Ладно. Ромария так Ромария. По крайней мере, там не будет нагов. И, надеюсь, не будет Соляриса. И марраловых пещер. И поединков до смерти. Может быть, хоть там удастся немного отдохнуть.
Хотя, зная мою удачу, вряд ли.
Глава 32
— А может, ну его, эту твою Ромарию? — попыталась я в очередной раз уговорить Тедеуша, когда мы уже стояли на краю скалистого уступа, готовые к переходу.