Мой мозг мгновенно сопоставил факты и позволил сделать логичное предположение: чем ярче, насыщеннее и вычурнее окрас чешуи, тем выше социальный статус рептилоида в их кастовой системе. Моя догадка подтвердилась практически сразу же: ящерица с перламутровым отливом на гребне вышла немного вперед и с холодным, оценивающим, почти хирургическим интересом принялась разглядывать нашу разномастную компанию. Без сомнения, это был самый главный среди них.
Глава 4
Мы встали вовремя. К нашему загону неторопливой, вальяжной походкой, какая бывает лишь у тех, кто абсолютно уверен в своей безнаказанности, приближались четверо рептилоидов. Теперь я могла рассмотреть их во всех подробностях: они были одеты в некое подобие форменных мундиров темно-серого, стального цвета, плотно облегающих их чешуйчатые тела. Чешуя у всех четверых имела ярко-зеленый, насыщенный, почти ядовитый оттенок, а у того, что шел в центре, чешуйки на высоком костяном гребне еще и завораживающе переливались, словно драгоценный перламутр, в тусклом свете подземных светящихся точек. Мой мозг, привыкший мгновенно анализировать и раскладывать по полочкам любую информацию, тут же сопоставил увиденное с тем, что я уже знала о местной иерархии: тускло-коричневый, неприметный окрас носили рабы вроде Роба; мутно-зеленый, какой был у тех двоих, что тащили Мбану, видимо, принадлежал низшим свободным слоям или обслуге; а этот яркий, почти светящийся зеленый, да еще с перламутровыми переливами на гребне, несомненно, указывал на высокий ранг. Чем ярче расцветка чешуи, тем знатнее рептилоид. Это было простое и логичное умозаключение, которое я мысленно взяла на вооружение.
Моя догадка подтвердилась практически сразу. Ящерица с перламутровым отливом на гребне вышла немного вперед и с холодным, оценивающим, почти хирургическим интересом принялась разглядывать нашу разношерстную компанию, медленно переводя свой немигающий взгляд с одного на другого. Без сомнения, это был самый главный среди них, командир или инспектор, и от его решения сейчас зависело что-то важное в нашей судьбе. Я бросила мимолетный взгляд на Роба и едва сдержала усмешку, он стоял тут же, рядышком, но его поза разительно отличалась от нашей. Голова его была низко опущена, подбородок практически касался груди, плечи ссутулены, а руки безвольно висели вдоль тела. Вся его фигура выражала крайнюю степень покорности и подчинения, словно он был не живым существом, а предметом мебели. Я молча отметила про себя этот жест и тут же приняла решение, что мы кланяться и опускать головы не будем. Пусть знают, что мы не рабы, а воины.
Когда я вновь перевела взгляд на гостей, мои глаза наткнулись на изумрудный, пронзительный взгляд перламутрового рептилоида, который теперь смотрел прямо на меня. Он рассматривал меня с каким-то странным, неестественным любопытством, чуть склонив свою плоскую голову набок, словно пытался понять, что я такое. Я выдержала его взгляд спокойно и не мигая, не отводя глаз в сторону. В этом безмолвном поединке воли я уступать не собиралась.
— Интересные экземпляры попались сегодня, — произнес наконец главный, обращаясь к стоящему рядом с ним ярко-зеленому ящеру, и голос его был низким, скрипучим, полным холодного удовлетворения. — Определенно, сегодня был на редкость удачный улов. Пожалуй, завтрашние торги обещают быть весьма интересными для всех, кто ценит качественный товар. Особенно вон та самка, — он небрежно кивнул в мою сторону, словно указывал на породистую лошадь, — и тот крупный самец, что умеет обращаться в зверя. За них дадут хорошую цену.
С этими словами он резко, по-военному развернулся на каблуках и неторопливо направился дальше по туннелю, и вся его компания двинулась следом, не проронив больше ни слова. Их шаги, сопровождаемые характерным шуршанием чешуи, постепенно стихали в отдалении. Я наконец позволила себе выдохнуть и едва заметно расслабила плечи, которые все это время держала напряженными, готовыми к броску.
— Вы заметили те штуки, что висели у них на поясах? — внезапно спросил Бруно, и его голос прозвучал в наступившей тишине как-то особенно резко и напряженно. Все мы непонимающе посмотрели на легата, ожидая от него пояснений. — Я говорю про те предметы, — продолжил он, и в его глазах промелькнула тень беспокойства, которую он не успел скрыть, — такие, похожие на железные палки с рукояткой, отделанной странным черным материалом, напомнившим мне тот самый пластик или резину, которые мы изучали по досье закрытых миров. Я видел точно такие же у тех двоих, что тащили нас сюда, и у охраны, что стояла в туннеле.