Действительно, они казались отлитыми из цельного куска материала — ни замка, ни малейшего намека на стык или шов. Темно-серый металл тускло поблескивал в том скудном свете, что проникал откуда-то сверху — видимо, артефакт полной темноты перестал действовать, пока я была в трансе. Я подергала цепь, попыталась найти слабое место — бесполезно. Уж если россаш, даже ослабленный, не смог их снять... Однако я все равно достала клинки и попробовала рубануть по металлу. Даже царапины не осталось. Сталь Безымянных, которая могла разрубить что угодно, здесь была бессильна.
— У меня попробуй! — тут же предложил Тедеуш, и в его голосе зазвучала надежда. — У меня хозяйка послабее! Ее зовут Мирана, она еще молоденькая, только недавно стала акилой! Может, ее заклинание не такое сильное, и ты сможешь его снять!
Дэррек покачал головой — мол, бесполезно, — но я все равно подошла и к рыжему. Осмотрела его оковы — такие же, как у Дэррека, разве что чуть тоньше. Попробовала клинком — тот же нулевой результат. Скорее всего, они действительно зачарованы на определенную личность или на кровь. Кто их знает, этих нагов, на что они способны в магическом плане...
— А зачем вы им вообще нужны? — задала я давно интересующий меня вопрос, отступая от стены и убирая клинки в ножны. — Зачем они вас пленили? Да еще и приковали к стене, в темноте, в какой-то марраловой пещере? В чем смысл?
— А, ну да, — опомнилась я, бросив короткий взгляд на возмущенно сопевшего рыжего. — Про темноту я помню. Ты боишься темноты, они это знают и используют. Это я уже усвоила. Но зачем? Зачем им вы?
Дэррек и Тедеуш переглянулись. Россаш удивленно посмотрел на рыжего — видимо, тот не рассказывал ему о своей фобии.
— Да все за тем же, за чем и всегда, — ответил Дэррек, и его голос прозвучал глухо, с оттенком отвращения. — Продолжение рода. Это их главная цель. Их одержимость. Их единственная функция.
— Так пусть продолжают с представителями своего вида! — возмутилась я. — Зачем им мужчины других рас?
— А у них не бывает мужских особей, — вмешался Тедеуш, и его голос прозвучал почти буднично, словно он говорил о погоде. — Рождаются только девочки. Всегда. Без исключений. Так уж устроен их организм.
— И как же, позвольте узнать, они... используют вас? — я запнулась, пытаясь подобрать слова. — У них же хвост! Нижняя половина тела — змеиная. Как вообще возможно...
— Ха-ха-ха! — рассмеялся Тедеуш, и его смех эхом отразился от каменных стен. — Ты плохо знаешь этих гадин! Они не используют нас напрямую — в том смысле, в каком ты подумала. Им не нужно тело. Им нужно... семя. Просто семя. Как уж они потом себя оплодотворяют — я не знаю. Может, икру мечут, как рыбы. Может, еще как-то извращаются. Но то, что этих тварей раздают за любого представителя мужского племени, — это факт. Проверенный. На собственной шкуре.
Он тяжело вздохнул и признался уже тише:
— Меня именно так и обменяли. Сдали, как мешок с картошкой. Эх, я вернусь — ну я им всем устрою...
Пока рыжик говорил, я думала только об одном, каким именно способом наги забирают это самое семя у мужчин? И забирали ли его у Дэррека? Эта мысль заставила меня бросить на россаша короткий взгляд — и тут же отвернуться, потому что мои щеки начали предательски теплеть. Тьфу ты! Вот оно мне надо — думать о таких вещах? Араш, возьми себя в руки!
— Хватит, — внезапно произнес Дэррек. Его голос прозвучал тихо, но властно. — Идут.
Я мгновенно подобралась, забыв о смущении и о непрошеных мыслях. Прислушалась — и теперь, когда мое сознание было ясным, а пробужденная сила все еще пульсировала где-то глубоко внутри, я действительно услышала то, что не слышала раньше. Шаги и характерное шуршание — словно что-то тяжелое и чешуйчатое волочилось по каменному полу туннеля.
Наги приближались.
— Что будем делать? — прошептала я, кладя руки на рукояти клинков.
— Для начала — не дай им себя опоить, — ответил Дэррек. — Все остальное — потом.
Я кивнула и отступила в тень, готовая ко всему.
Глава 29
Все сразу обратили взор на Дэррека в ожидании дальнейших распоряжений. Я видела, как напряглись его плечи под разорванной туникой, как побелели костяшки сжатых кулаков — единственный признак того, что он пытается совладать со своим ослабленным телом. Что делать? Готовиться к бою? Прятаться и выжидать? Только чего, спрашивается, ждать? Пока наги закончат свои ритуалы и превратят нас в инкубаторы для своего потомства? Нет уж, увольте.