— Ты знаешь, что дальше будет только хуже. Нам лучше пройти в соседнюю комнату.
Маркус с сочувствием посмотрел на парня, протягивая ему свою руку. Эль уставился на неё как на ядовитую змею, не решаясь дотронуться. Он, наверное, так и продолжал бы сидеть, но Ник решил всё-таки вмешаться.
— Давай я тебя провожу.
Солдат подошёл и помог мальчишке встать на ноги. Нику пришлось практически волочить Эля в коморку, так как ноги его просто не слушались. Маркус, достав пистолет и проверив патроны, в полной тишине проследовал за ними, тихо закрыв за собой дверь.
Мы остались втроём. Виктор до сих пор продолжал лежать без сознания. Блондин пытался сфокусировать взгляд на чём угодно, лишь бы не на происходящем. Он сидел, молча рассматривая свои ботинки. Непросто решиться на то, что сейчас сделал их лидер. Мне тоже стало не по себе, не так я планировала провести эти два дня. И когда мне стало казаться, что от этой жуткой, гнетущей тишины лопнут ушные перепонки, из-за закрытой двери послышалось тихое сдавленное рыдание. Парень не сдержался. Выстрел. Всё закончилось. Тишина…
Прав, наверное, был Рой, может, этот мир действительно заслужил то, что с ним произошло. Я, прислонившись затылком к кирпичной стене бункера, закрыла глаза. Нургада забрала ещё одну жизнь. Сколько их было и сколько ещё будет…
Через пару минут вышел Ник. Он обвёл нас жёстким печальным взглядом и остановил своё внимание на мне. Мотнув головой и пробормотав что-то неразборчивое себе под нос, сел рядом с Виктором, который начал постепенно приходить в себя. К тому времени, когда в дверном проёме появился Маркус, он окончательно очнулся. Осмотрев помещение и не обнаружив в нём своего брата, мужчина попытался встать, но с зафиксированными за спиной руками сделать это ему не удалось.
— Ублюдок! Я убью тебя, мразь! Ты слышишь меня?! — встав на колени, заорал Виктор, и из его рта полетела пенящаяся слюна.
Маркус устало посмотрел на бьющегося в истерике подчиненного и, не говоря ни слова, прошёл мимо.
— Тебе всегда было плевать на всех! Бездушная скотина! Если бы это был твой брат, ты бы его так же убил? Отвечай, тварь! — продолжал кричать Виктор, его глаза были налиты кровью и полны ненависти.
Маркус резко развернулся и за пару шагов преодолел разделяющее их расстояние. Он одним рывком за шиворот поднял на ноги достаточно крупного мужчину.
— Это должен был сделать ты! Но тебе захотелось понаблюдать, как твой брат будет медленно умирать. Поэтому в последнюю минуту рядом с ним был я. Будь благодарен за то, что ему не пришлось долго мучиться.
Маркус с презрением выплюнул эти слова в лицо Виктору и брезгливо отбросил его от себя. Безвольное тело ударилось о стену и медленно сползло вниз к ногам своего командира. Виктор уткнулся лбом в пол, его плечи подрагивали, он больше не проронил ни слова. Лишь тихие всхлипы нарушали тишину, неприятно просачиваясь в мою душу.
Маркус уселся напротив и, откинув голову на стену, сосредоточил свой пристальный взгляд на мне. Видимо, пришла моя очередь. Рано или поздно, этот разговор всё равно должен был произойти. Но мне не хотелось разговаривать, лучше бы они просто молча убрались отсюда, оставив меня в покое.
— Кто ты такая?
После долгого сверления меня взглядом, как всегда, без каких-либо эмоций, задал свой первый вопрос Маркус. Я понимала, что мое молчание его раздражало, но отвечать искренне не собиралась. Было очевидно, что этот человек не глуп, холоден, расчетлив и сам принимает решения, не боясь нести за них ответственность. И если он придет к выводу, что ты должна умереть, ты умрешь. Нужно быть очень аккуратной. А еще я очень давно не общалась с людьми. Мне сейчас было достаточно трудно заставить себя произнести хотя бы слово. Я не знала, что ответить на такой простой вопрос. А действительно… Кто я?
— Послушай, девочка. Я сегодня потерял шесть человек, одного из которых застрелил сам десять минут назад. У меня нет желания играть с тобой в игры, — с раздражением и угрозой процедил мой незваный гость.
От обращения «девочка» меня передернуло, хотя в его глазах я, наверное, действительно выглядела именно так.
— Латея.
Я не узнала собственный голос. Как же давно я его не слышала. Хотя иногда я разговаривала сама с собой, но сейчас он казался каким-то глухим и противно скрипучим.