Выбрать главу

О. Б. МОКИЕВСКИЙ

НУСАНТАРА

ЗАПИСКИ БИОЛОГА

ОБ ЭКСПЕДИЦИИ В ИНДОНЕЗИЮ

*

ГЛАВНАЯ РЕДАКЦИЯ

ГЕОГРАФИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

М., «Мысль», 1967

От автора

Нусантара, «Островная родина» — так издавна называют индонезийцы свою прекрасную страну. Когда бывшая Нидерландская Ост-Индия обретала в борьбе независимость, то первый революционный парламент молодого государства не сразу решил, назвать ли страну Индонезией (в этом очень привычном слове чувствуется легкий французский акцент) или же Нусантарой. Второе название звучало слишком интимно и лирично. Было принято первое, более официальное и более широко известное за рубежом. Но для индонезийца «Нусантара» звучит почти так же, как для русского «Русь».

Проведя в 1962–1963 годах восемь месяцев в различных частях Индонезии, автор оставил там кусочек сердца. И невзгоды, и радости этой страны стали особенно близки не только ему, но и его друзьям и родным, которым он много рассказывал о чудесной Нусантаре. Автору хотелось бы, чтоб и читатели этой книги полюбили Индонезию.

ВВЕДЕНИЕ

Снова, десятый раз за вечер, дребезжит телефон. Нет, это просто невозможно. Никак не сосредоточишься над рукописью. Впору хоть сломать или накрыть подушкой этот проклятый аппарат. На этот раз звонит знакомый геолог. Много лет тому назад мы работали с ним вместе в экспедиции на Дальнем Востоке и сохранили с тех пор теплые отношения, но обычно встречаемся только случайно, раз в несколько лет. После первых приветственных фраз Николай сразу берет быка за рога.

— Слушай, хочешь поехать в Индонезию?.. Нет, серьезно. Помнишь, когда мы виделись в последний раз (вспоминаю, это было три года назад — в троллейбусе), я говорил тебе, что на Курилах у меня получилось кое-что любопытное… Реки выносят в море такие продукты деятельности вулканов, как алюминий, железо, титан, фосфор… И эти элементы в морской воде тут же выпадают в осадок…

Припоминаю, Николай так увлеченно об этом рассказывал, что мне оставалось либо оставить у него в руках пуговицу, либо проехать свою остановку. Я выбрал последнее.

— Но при чем тут Индонезия?

— Как при чем? Ведь это район очень высокой вулканической активности. Больше восьмидесяти действующих вулканов!..

— Ну и что?

— Видишь ли, на Курилах этот осадок тут же распыляется над большими глубинами, а на индонезийских мелководьях вступает в реакцию с известняком коралловых рифов и может образовывать месторождения.

С удовольствием слушаю его страстный рассказ о том, что, видимо, таков же был механизм образования многих месторождений и в нашей стране, когда те или иные ее районы были дном тропических морских мелководий. Но к чему клонится его речь, пока совсем не представляю.

— Ну вот, для изучения того, как все это происходило, Академия наук Советского Союза и Национальный научный совет Индонезии организуют совместную советско-индонезийскую вулканологическую экспедицию.

— Постой, постой, да при чем же здесь я, морской биолог…

— Как при чем? Нам нужен знаток живых коралловых рифов.

— Какой же я знаток?

— Но ты же работал на рифах Южно-Китайского моря. Я читал твои публикации.

— Но ведь там, где мы были в Китае, и рифы-то еще не настоящие…

Собеседник мой продолжает оставаться при своем мнении. Говорит какие-то лестные для меня слова о том, что им нужен именно такой биолог, как я, специально занимающийся жизнью морских мелководий и литорали — осушной или приливо-отливной полосы и владеющий притом легководолазной методикой…

Отхожу от телефона в растрепанных чувствах. Работа, над которой весь вечер пытался сосредоточиться, летит к чертям.

Индонезия… Моря Зондского архипелага… Заманчиво, черт побери… И ведь словно подгадал Николай: спросите меня, какой район земного шара мне сейчас нужен больше всего для собственных работ — для эколого-биогеографических сравнений, — и палец мой на карте или глобусе упрется именно в Индонезийский архипелаг.

Мне уже посчастливилось работать в Беринговом, Охотском, Японском, Желтом, Восточно-Китайском, Южно-Китайском морях, и, для того чтобы проследить, как изменяются на морских мелководьях вдоль западных берегов Тихого океана, от Берингова пролива до экватора массовые биологические процессы, мне не хватает именно Индонезии. Коралловые рифы — мечта каждого биолога, тем более биолога-моряка. Мангровые леса, заливаемые приливом… До сих пор я видел эти леса лишь вблизи северной границы их распространения. Богатейшая морская фауна и флора, явно недостаточно еще освещенная в трудах голландских экспедиций на кораблях «Снеллиус» и «Зибога».