Невероятно женственный игрок в покер или предисловие
Это только кажется, что за всё платят деньгами. За всё действительно важное платят кусочками души. © Дмитрий Емец
Жизнь - прекрасная вещь. Особенно если ты ирландец, живущий в Лос-Анджелесе. Однако жители Изумрудного острова тоже имеют свои проблемы.
В половине двенадцатого к Сентрал-Сити-Норт подошел молодой человек с женственной фигурой "песочные часы". Его рыжие волосы средней длины неестественно отливали ржавчиной. Это был удачный опыт окрашивания волос для юноши,ведь в первый раз волосы парня стали ярко-фиолетовыми. Поэтому "партию" пришлось перенести на некоторое время.
Бело-бежевое здание выглядело снаружи очень милым, гостеприимным и чистым. Человек непросвещенный, возможно захотел заглянуть внутрь, но вряд ли сделал бы это. Но рыжий был просвещен и обязан был зайти. Парень показал свое полицейское удостоверение охраннику. Последний сожрал взглядом сначала фото на документе, а на десерт и физиономию парня.
- Я на допрос. - сказал лейтенант и пошел.
Офицер с очень женственной фигурой шел мимо камер, которые населясли все слои благородного общества. Они совершали различные подвиги: кто-то был любителем токсичного сахара, кто-то разъезжал в нетрезвом виде, а кто-то очень невовремя перешел дорогу на красный свет. Рыжий старался не смотреть на них, ведь еще успеет.
Полицейский зашел в допросную. Там его ждал молодой человек в наручниках, примерно его возраста. Тоже с волосами средней длины рыжего цвета, но этот оттенок не отливал ржавчиной. Рядом с ним стоял крайне мрачный на вид охранник
Парень напевал: "Фритау-тату-тату, фритату-тату-тату."
Обладатель женственной фигуры нервно сглотнул.
- Приказываю выйти! Отдай ключи! - почти прокричал молодой лейтенант.
Не хотя, конвоир исполнил оба приказа.
Юный полицейский приоткрыл дверь. Тюремный охранник действительно вышел.
Арестант перестал петь широко саркастично улыбнулся. В его темно-карих глазах появился игривый огнек.
-Не слишком привыкайте, к божественной власти, сэр. - Сказал он.
-Заткнись! - Сказал крашенный.
-Поздно! - Иронически ухмыльнулся натуральный рыжий. - Он уже привык. Или загадочный дядя из Австралии все-таки оставил вам в наследство лишний миллиард, ключ от ненужного пентхауса и кожаные штаны?
Невероятно женственный наследник лишнего миллиарда, ключа от пентхауса и кожаных штанов не получил от богатого дяди дара игры в покер. Поэтому театрально покраснев, снял наручники с собеседника.
- Шоу продолжается, джентельмены! - Сказал тот в воздух.
Освободитель снова покраснел.
- Несмотря на вашу безнравственность, сэр - Сказал освобожденный, - у вас отличное чувство стиля.
Лейтенант мог не сразу понять, что надо делать. Но в такой ситуации прикинуться не обремяненным интеллектом не выгодно, а опасно.
Полицейский начал раздеваться. Натуральный рыжий сделал то же самое. Оказалось, что его широкая спина была очень грязной.
-Ничего, вы привыкнете! - Сказал он, не поварачиваясь.
Наглый обвиняемый оделся в полицейскую униформу, а свою недавнюю одежду оставил экс-лейтнанту и надел на него наручники
-Конвой! - позвал беглец.
Увидев из дали охранника, он резко развернулся и пошел прочь.
- У меня дела. - Коротко объяснил новый "лейтенант".
Фенимор Купер, Эдгар Аллан По и Роланд Солсберри
— Ах, — сказал Лоханкин проникновенно, — ведь в конце концов кто знает! Может быть, так надо! Может быть, именно в этом великая сермяжная правда! — Сермяжная? — задумчиво повторил Бендер. — Она же посконная, домотканая и кондовая? © Илья Ильф и Евгений Петров, «Золотой теленок»
"Миня спрасили как я стал гироем и спасителем глоактики и чилавечиства. Я атветил: - Четайте все в книге "Как Марти Сью стал спасителим глоактики и чилавечиства". Эта книга вся аба мне! Кароче, вы понели! Канец!"
Так молодой талантливый автор, Роланд Артур Солсберри закончил свою книгу "Марти Сью и его пахаждения". Как и любой шедевр, его сага тоже подвергалась критике малодушных хейтеров. Но это была обычная зависть. Гениев никогда не любили. Им завидовали, их боялись, их уважали. А Роланд, безусловно, был современным Фенимором Купером и Эдгаром Алланом По двадцать первого века.
Солсберри уже занес указательный палец над кнопкой Enter, но вдруг понял, что его бренная оболочка нуждается в наполнении. Человек не может жить пищей духовной, пока испытывает недостаток в материальной.
Роланд встал со старого стула на колесиках и пошел на кухню. Он открыл холодильник. И... О, ужас! Должно быть, у лакированного предмета роскоши случился катарсис, ведь он был пуст. Голые полки осуждающе смотрели на Солсберри.