Он опять обратился к Норрису:
— Запиши еще, что, когда голова жертвы № 1 поменяла свое положение, я ее опознал как Нетишию Кобб.
Ситон присвистнул.
— Так это что, Нетти?
— Да. Это она.
Норрис закончил писать и спросил:
— И что нам теперь делать, Алан?
— Дожидаться криминалистов и сохранять бодрый работоспособный вид, — отозвался Алан.
Через три минуты к месту происшествия на двух машинах подъехала следственная группа; сразу за ними подрулил Рэй Ван Аллен на своей развалюхе «субару». Еще через пять минут появились ребята из полиции штата в синем микроавтобусе, причем все как один, выбравшись из машины, задымили сигарами. Алан ни капельки не удивился. Тела еще не остыли, и дело происходило на открытом воздухе, но сигарный ритуал оставался неизменным.
Началась неприятная работа, именуемая на полицейском языке «зачисткой места преступления». Она продолжалась до темноты. Алану уже приходилось работать с Генри Пейтоном, начальником Оксфордского отделения полиции штата (который номинально возглавлял это дело, а также следственную группу из уголовного отдела). Генри был трудягой, к тому же трудягой дотошным, причем при полном отсутствии воображения. Но на него можно было положиться, и поэтому Алан счел возможным дать себе краткую передышку и пошел звонить Полли.
Вернувшись, он обнаружил, что на руки трупов уже надели полиэтиленовые мешки. У Вильмы Ержик с ноги спала туфля, и ее оголившуюся ступню тоже упаковали в мешок. Криминалисты сделали больше трехсот фотоснимков. К тому времени подъехали еще люди из полиции штата. Часть из них сдерживала толпу, которая старалась прорваться поближе, остальные теснили телевизионщиков. Полицейский художник делал быстрые зарисовки схемы места преступления. В конце концов занялись и самими телами. С ними «расправились» быстро. Осталась всего одна процедура, самая неприятная. Пейтон вручил Алану пару одноразовых хирургических перчаток и пластиковый пакет для улик.
— Нож или тесак?
— Тесак, — сказал Алан. Из двух зол лучше выбрать меньшее. Правда, зло, погруженное в мозги Вильмы Ержик, вряд ли можно считать меньшим; но он не хотел дотрагиваться до Нетти. Она ему нравилась.
Наконец орудия преступления были извлечены, должным образом зарегистрированы, упакованы и отправлены в Августу, и обе группы приступили к обследованию территории вокруг тел, все еще распластанных в последнем объятии и обрамленных рамочкой из запекшейся крови, похожей на красно-коричневую эмаль. Когда Рэй Ван Аллен наконец разрешил перенести их в машину «скорой», санитарам сначала пришлось отрывать Нетти от Вильмы.
Почти все это время полиция Касл-Рока стояла чуть поодаль, чувствуя себя чужими на этом празднике жизни.
Когда завораживающий балет под названием «Осмотр места происшествия» уже подходил к концу, Генри Пейтон присоединился к Алану, стоявшему в стороне.
— Не самый приятный способ провести воскресенье, — заметил он.
Алан кивнул.
— Да еще голова эта сдвинулась… Не повезло тебе, одно слово.
Алан кивнул еще раз.
— Но я не думаю, что кто-то будет тебя доставать. Как минимум один снимок первоначального положения ты сделал. — Он посмотрел на Норриса, который разговаривал с Клатом и только что подъехавшим Джоном Лапуантом. — Тебе еще повезло, что парнишка не закрыл пальцами объектив.
— Не, Норрис бы не закрыл.
— Ну-ну. Да в общем-то и так все ясно.
Алан согласился. В этом-то и была проблема: он почувствовал это еще тогда, задолго до того, как они с Норрисом завершили свое воскресное дежурство в аллее за больницей Кеннебек-Вэлли. Все было слишком ясно и просто.
— Пойдешь на вскрытие? — спросил Генри.
— Да. А кто проведет вскрытие, Райан?
— Насколько я понял.
— Я возьму с собой Норриса. Вначале тела повезут в Оксфорд?
— Ага. Там мы их регистрируем.
— Если мы с Норрисом выедем прямо сейчас, то приедем в Августу раньше?
Генри Пейтон кивнул:
— Ага.
— Я хочу послать с каждой следственной группой по одному своему человеку. В качестве наблюдателей. Это можно устроить?
Пейтон помолчал, обдумывая просьбу Алана.
— Стоп, а кто будет тут охранять закон и порядок? Старик Сит Томас?
Алан почувствовал прилив бешенства, который трудно было бы отнести на счет обычного раздражения. День был длинный, и Алан выслушал от Генри уже достаточно «теплых слов» в адрес своих помощников… но собачиться с Генри не стоило, потому что это дело номинально числилось в ведении полиции штата, и главным по делу был именно Генри. Так что Алан прикусил язык.