Он посмотрел на заросший двор, разваливающийся сарай, заросли подсолнухов, тупо болтающих башками. Унылое местечко, но, кажется, это именно то место, подумал он. Здесь я навсегда отделаюсь от братьев Корсон и разбогатею. Здесь обязательно будет клад — либо часть его, либо весь. Прямо здесь. Я это чувствую.
Это было больше, чем просто чувство, — он почти слышал, как денежки поют свою звонкую песню. Поют из-под земли. И не десятки, а сотни тысяч. Может, даже миллион.
— Миллион долларов, — прошептал Туз хриплым, сдавленным голосом и склонился над картой.
Уже через пять минут он прошел вдоль западной стены дома Камберов. Скрючившись и почти опустившись на четвереньки, он обнаружил то, что искал: большой плоский камень, практически скрытый буйной растительностью. Туз поднял плиту, отшвырнул ее в сторону и с энтузиазмом принялся копать. Не прошло и пары минут, как раздался глухой лязг — лопата наткнулась на ржавый металл. Туз встал на колени и зарылся в землю, как собака в поисках припрятанной кости. Через минуту он вытащил из ямы жестяную банку из-под краски.
Большинство истовых приверженцев кокаина так же истово грызут ногти, и Туз не был исключением. Его ногти были слишком коротки, чтобы поддеть крышку банки. Краска вокруг крышки засохла до состояния эпоксидного клея. Кряхтя от злости и нетерпения, он вытащил карманный ножик и, открыв банку, заглянул внутрь.
Купюры!
Пачки купюр! Много пачек!
Туз с криком вцепился в них, вытряс из банки… и обнаружил, что нетерпение его подвело. Опять торговые купоны. В этот раз — «Красный шар». Эти купоны можно было использовать только южнее линии Мейсон-Диксон… и только до 1964 года, когда компания прекратила существование.
— Гребаная дерьможралка! — заорал Туз. Он отбросил купоны в сторону. Они рассыпались и полетели, подхваченные порывом горячего ветра. Некоторые зацепились за кусты и трепыхались теперь, как пыльные флажки. — Гад! Ублюдок! Сукин сын!
Он еще раз запустил руку в банку, даже перевернул ее, чтобы убедиться, что ничего не приклеено ко дну. Ничего. Он отшвырнул банку, посмотрел на нее, потом подошел и врезал по ней ногой, как будто пробивал штрафной.
Потом он снова полез в карман за картой. На какой-то кошмарный миг ему показалось, что карта потерялась, но он поглубже залез в карман, и в итоге клочок коричневой бумаги все-таки нашелся. Так, еще один крест за сараем… и тут в голове у Туза возникла чудесная, все объясняющая идея, освятившая мрачную тьму, как фейерверк в День независимости.
Банка, которую он только что выкопал, была пустышкой! Папаша Мерилл, должно быть, допетрил, что кто-нибудь обязательно догадается, что клады помечены большими плоскими камнями. Поэтому он немного попрактиковался в установке наживок. Причем как раз тут, у Камберов. Искатель сокровищ, который найдет один пустой клад, никогда не подумает, что тут же рядом есть еще одна закладка, в том же самом дворе, только чуть-чуть в сторонке…
— Если только у него нет карты, — прошептал Туз. — А у меня она есть.
Схватив кирку и лопату, он побежал к сараю, возбужденный, с раздувающимися ноздрями и грязными, седеющими волосами, уныло болтавшимися по обеим сторонам лица.
9
Он увидел старый трейлер и побежал к нему. Уже почти добежав, он обо что-то споткнулся и растянулся на траве. Сел, огляделся и… застыл, потому что увидел такое… Лопата. Со следами свежей земли.
Туза охватило нехорошее предчувствие, очень нехорошее предчувствие. Оно родилось в области живота и расползлось вверх до груди и вниз до самой мошонки. Его губы медленно растянулись в пугающем оскале.
Он вскочил на ноги и заметил каменный маркер, лежащий неподалеку, грязной стороной кверху. Его явно недавно перевернули. Кто-то опередил его… и, судя по всему, совсем ненадолго. Кто-то отнял у него сокровище.
— Нет, — прошептал Туз. Это слово выпало из его оскаленного рта, словно капля зараженной крови или отравленной слюны. — Нет!
Рядом с лопатой и опрокинутым камнем он обнаружил горку рыхлой земли, которой была небрежно присыпана яма. Забыв про свои инструменты и лопату, оставленную безымянным вором, Туз упал на колени и принялся разгребать землю голыми руками. В считанные секунды он откопал жестянку от консервированных ананасов.