Поначалу все шло хорошо — девица припадочной змейкой просачивалась на ту сторону. Мы немного поволновались, когда она застряла в области округлых форм, но девица сумела протиснуть и свои формы, а дальше она была у́же, и дело пошло как по маслу. Однако на полпути произошло нечто странное — то ли забор опустился, то ли земля поднялась. Причем так быстро, что мы не успели понять, как это случилось, — но факт в том, что храбрая ползунья застряла в талии и не могла двинуться вперед.
— Помогите! — запищала она и задрыгала ногами. Голос приглушенно доносился с той стороны забора.
Мы испуганно подошли поближе и осмотрели забор — он аккуратно опустился так, чтобы не раздавить нарушительницу, но и не дать ей вылезти. Две девушки потянули ее за ноги, но это не помогло, только писку прибавилось.
— Все потому, что кто-то слишком много ест, — прокомментировала я, но всем было не до смеху.
— Сделайте что-нибудь! — протараторил кто-то из девушек.
— Не могу поднять забор или расширить яму, — пропыхтела другая, попытавшись применить магию.
— Может, превратить ее во что-нибудь помельче? — задумчиво предложила третья.
— Например, в дворняжку, — с готовностью предложила я. — Тогда она будет подзаборной дворняжкой.
— Не надо меня превращать! — завопила несчастная, не оценив мою игру слов.
Тут к ее писку с той стороны забора присоединился мужской бас и насмешливо продекламировал:
— Три девицы под окном пряли поздно вечерком, а девица под забором получила нагоняй.
Все притихли, узнав голос Хеивана, преподавателя бестиологии и смотрителя конюшен.
— Не в рифму, — услужливо подсказала я, нарушив молчание.
— Да? Ну, к счастью, мои обязанности состоят не в написании стихов, а в раздаче наказаний студентам-нарушителям, с чем я успешно справляюсь.
После этих слов нас долго уговаривать не пришлось — мы сиганули в направлении общежития, словно участвовали в спринтерском забеге с красным дипломом в качестве главного приза, и остановились только на лестнице между первым и вторым этажами.
— Неудачный план, — отдышавшись, призналась Ким. — И с Феоррой нехорошо вышло, бросили ее там…
— Она пострадала во имя общего дела, — торжественно произнесла я.
— Ничего, Хеиван еще на всех нас отыграется, — «утешила» брюнетка со стрелками. — Как пить дать, узнает, что это мы там были.
— Думаешь, он будет пытать Феорру? — притворно ужаснулась я.
— Не время для шуток, — поморщилась брюнетка. — Думаешь, для преподавателя мало способов выяснить, что это были мы? Как хотите, а я иду к себе.
Она гордо удалилась, вслед за ней разбрелись по своим этажам все остальные. Наша маленькая революция зачахла, не успев даже вспыхнуть, и поверженные повстанцы разошлись по домам. Мы с Ким тоже поднялись на свой этаж, но она куда-то ускакала, не расстроенная неудачей, а мне пришлось вернуться к учебникам. Я тоже не паниковала — несмотря на свои слова, Хеиван не из тех, кто любит наказывать студентов, и я надеялась, что пронесет.
Я усердно фокусировала взгляд на учебнике до самого вечера, пока из города не вернулась Тиффани. Она вручила мне обещанные пакеты с едой и примерила новое платье и украшения.
— Как тебе? — поинтересовалась она.
Я выразила свое восхищение. Тиффани купила зеленое платье чуть выше колен и без рукавов, с плотным лифом и свободной юбкой. Сережки-гвоздики с зеленым камнем матово поблескивали, а на правом запястье звенели тонкие серебристые браслеты. Тиффани, как обычно, выглядела великолепно, но я без нужды разошлась в комплиментах, надеясь, что это отвлечет ее от вопросов.
Но мои надежды не оправдались. Переодевшись, Тиффани потребовала рассказать, что я выучила за день. Пришлось отвечать, умолчав про попытки увидеть принца. Кое-как отвязавшись от расспросов, я выскочила из комнаты, пока соседка не заставила меня снова сесть за учебники.
Я поднялась на четвертый этаж и отнесла дань Феорре. Пострадавшая студентка благосклонно приняла мое скромное подношение в виде кулька с леденцами. На столе я заметила несколько пачек печенья, шоколадку и два пирожных, из чего заключила, что я не первая пришла с извинениями.
— Ну, как? — поинтересовалась я. Феорра поняла меня без пояснений.
— Хеиван просил передать, что все могут спокойно выдохнуть, — передала она, и я выдохнула, как было сказано. — Он заставил меня проторчать под забором полчаса и вспоминать пройденный курс общей бестиологии, но потом сжалился и велел духу отпустить меня.
Я радостно выкатилась из комнаты и, чтобы не портить пока еще прекрасное настроение, решила не возвращаться к Тиффани. Вместо этого я отправилась в библиотеку.