Оттянув таким образом минут пятнадцать, я со вздохом положила тыкву на свободный стул и вернулась к учебнику, но уже через пять минут, простонав, уронила голову, пребольно стукнувшись о стол.
— Вот бы мне попасть на бал… — пробормотала я.
Кто-то постучал.
Я отправилась открывать дверь, хотя она и не была заперта на щеколду. За дверью никого не оказалось. Стук, тем не менее, вновь повторился, и я поняла, что он исходит из другого конца комнаты. Из-за окна, если точнее.
Закрыв дверь и подойдя к окну, я протерла глаза, но галлюцинация не исчезла: там маячило нечто большое и розовое.
— Открывать будем, нет? — нагло спросило нечто пьяным басом.
— Нет, — тем же тоном ответила я, зрительно вычленяя у существа небритую морду, руки, ноги и нежные трепещущие крылышки.
Существо мой отказ не смутил. Оно, волнообразно паря в воздухе, не без труда вытащило из интересного места палочку со звездой на конце, помахало ею перед щеколдой, и та сама собой поднялась, и окно открылось. Существо, не вписавшись в оконный проем с первого раза, вплыло в комнату и приземлилось на подоконник, непрочно встав на копытца, венчающие шерстистые ноги. Мухомашка хищно потянулась к нему, но не достала, а существо «солдатиком» бухнулось на верхний ярус кровати, потеряв при этом маневре свою палочку — та покатилась по полу.
Я закрыла окно, пока поднявшийся морозный ветер не сдул все, что плохо лежало, и при свете рассмотрела в стельку пьяного создание мужского пола, покрытое жесткой черной шерстью, в розовом платье с оборочками, приделанными сзади заколдованными крылышками и кокетливо выглядывавшим из-под юбок черным львиным хвостом.
— Ты кто такой? — Я без удовольствия рассматривала неожиданного гостя, но вышвыривать его пока не собиралась. Что ни сделаешь — лишь бы к экзамену не готовиться.
— Фей, — просопел мужик.
— Какой еще фей?
— Крестный — ик!
Крестные у меня были, но точно не феи, и жили они на Земле. Чьим бы крестным ни был этот чудак, явно не моим.
— А чего это ты такой рогатый, фей? — Я с подозрением поглядела на его голову. Из-под шерсти торчали два небольших конусовидных рожка, как у молодого козлика.
— Дак ить… — Он с трудом сфокусировал на мне взгляд. — Я аще-то черт, самый настщий, но эта гадина фея Фифина обыграла меня в карты — и, грит, иди, исполняй за меня обязанности на сегодня. — Он снова рухнул головой на подушку Тиффани. — Те фея-крестная нужна, нет?
— А что ты умеешь? — загорелась я.
— Да усё! — благодушно махнул рукой черт-фей. — Ты хотела попасть на бал — и я могу усё для этого сделать.
Я призадумалась. Если крестная фея, пусть даже такая, исполняет желания страждущих попасть на бал, то просто грех этим не воспользоваться.
— А ничего, что ты не мой крестный? — уточнила я на всякий случай.
— Да эт прост нзвание такое… Крче, надо тебе чего или нет?
— Надо! — обрадованно ответила я, пока он не передумал, и продемонстрировала ненавистный учебник и свою тетрадь по предмету, исписанную крупными, пьяными буквами. — Мне нужно все это выучить.
— А без этого на бал не пускают? — прищурился фей, делая тщетную попытку сесть в кровати.
— Не пускают, — подтвердила я, щенячьими глазами глядя на черта.
— Будт сделано.
Фей, наконец, сел, покачиваясь.
— Платьице бы еще, — попросила я, хлопая ресницами. Ну, а что, бери, пока дают. Свое платье поберегу.
Фей слепо пошарил вокруг в поисках палочки, и я, не медля, подняла ее с пола и сунула в руки незадачливого черта. Сфокусировав взгляд на волшебном инструменте, рогатый взмахнул им пару раз, направив звездочку в мою сторону. Та заискрила, и моя пижама и тапочки мгновенно преобразились.
— Мне, конечно, нравится, но… — Я сделала многозначительную паузу, разглядывая фривольный кожаный наряд, носить одно название с которым любое платье сочло бы ниже своего достоинства.
— Пардоньте, — без капли сожаления извинился черт, рассматривая открывшиеся благодаря наряду перспективы.
Фей стучал палочкой о ладонь, пока та не зачихала розовыми звездочками, и повторил магическую процедуру. На сей раз платье вполне могло именоваться платьем: оно даже состояло из приличной по длине юбки, рукавов с декоративной белой шнуровкой и неглубокого декольте. Синяя ткань при движении переливалась, как морские волны. К платью также прилагалась аккуратная косичка, закрученная на затылке, черные туфли на невысоком каблуке, а на шее — серебристый морской конек на тонкой цепочке.