Обернувшись, я поняла, что он очень даже попал, во всех смыслах этого слова. Мишенью оказался профессор Смолик, и его круглые уши стремительно расползались в стороны, превращаясь в ослиные. Пока он ничего не заметил, мы с Кристофом сочли за лучшее ретироваться в разные стороны, а я сделала мысленную пометку никогда не ссориться с однокурсником, а то и своих ушей не досчитаюсь. Неконтролируемые выбросы магии такой силы — страшная штука.
Я откатилась к другому краю зала и поставила тарелку на стол. Вдруг заприметила Тиффани, идущую в мою сторону под ручку с Динкой и Ким, и юркнула за соседнюю портьеру.
— Занято! — отозвалась портьера.
Я оглянулась и увидела Тима с бутербродом с икрой в одной руке и бокалом шампанского — в другой. Я даже не удивилась, что мой друг тоже здесь: принц ему даром не сдался, но от бесплатных угощений отказываться, по его мнению, — просто кощунство. Он даже не нарядился, а только натянул чистую рубашку с помятым воротником.
Тим оглядел меня с ног до головы и сподобился на комплимент:
— Хорошо выглядишь.
— Спасибо, — ответила я. Мне было приятно, но бутерброд с искрой в руке Тима слишком отвлекал внимание, и я, не удержавшись, спросила: — Где взял?
— Третий стол налево от входа, — отозвался тот и хитро на меня посмотрел: — Ты что, все выучила?
— У меня есть проверенное средство, — ответила я, придавая словам загадочности.
Тим хмыкнул, дожевал бутерброд и свободной рукой вынул из кармана длинную бумажную ленту, исписанную муравьиным почерком.
— Это твое проверенное средство? У меня, как видишь, свое есть. Никакой магии, старые-добрые шпаргалки. Кричать на весь кабинет не будут.
Я неопределенно пожала плечами, не желая раскрывать тайну крестной феи… то есть, фея. Вместо этого я, с помощью разумного довода «мужик ты или не мужик?», убедила Тима выглянуть за портьеру и посмотреть, где Тиффани и Ким.
— Горизонт чист, расходимся, — доложил он.
Тим направился было в неопределенном направлении, но я окликнула его:
— Ты знаешь, как выглядит принц?
— Да вон он, у окна. Беседует с послом Дарона. — Тим со смешком махнул рукой, расплескав шампанское, и удрученно посмотрел на лужицу на полу.
Я обернулась и нашарила глазами парочку у окна, на которую указывал Тим. Принц оказался высоким и широкоплечим. Под великолепным красным камзолом определенно прятались недюжие мускулы. Пряди темных волос падали на глаза — что называется, «томно». Да, не светлые кудри, золотая пыль с них не посыплется. Но в целом он был очень симпатичным, с приятными чертами лица, насколько я могла судить с такого расстояния, и свои надежды я сочла оправданными.
Принц разговаривал с приземистым зеленокожим гоблином, чьи оттопыренные зеленые уши непрестанно подергивались, и явно находился не в восторге от компании, но продолжал вежливо улыбаться. Гоблин сложил руки за спиной и по-военному выпрямился. Он был на две головы ниже принца, но чувствовал себя вполне комфортно, словно не замечал никакой разницы в росте. Одежда у него была нарядная, но скромная: строгого пошива камзол, рубашка и жилет, штаны, заправленные в высокие сапоги, — все коричневато-бурых тонов и золотая вышивка на жилете.
— Симпатичный, — оценила я, глядя на принца. Ничего особенно «принцевского» в нем не было, но я решила, что надо рассмотреть поближе. В конце концов, в запасе еще есть «королевский блеск в глазах». С такого расстояния его не разглядишь. — А в Дароне разве живут гоблины?
С этнографией Эльса я знакома не то чтобы идеально, но, насколько мне помнилось, Дарон был населен людьми; с Рагтером, где обитают гоблины, он не граничит; а трон занимает какой-то престарелый король вполне себе человеческого вида.
Тим вдруг расхохотался и поставил стакан на стол, чтобы не пролить содержимое окончательно. Он досмеялся до того, что раскашлялся, и мне пришлось постучать его по спине — немного сильнее, чем требовалось.
— Всё, всё, хватит меня бить. — Он поморщился, но широкая улыбка не сползала с его лица. Казалось, еще чуть-чуть — и кончики рта можно будет обвязать вокруг ушей.
— Что смешного? — угрожающе спросила я.
— Просто… хе-хе… в Дароне нет гоблинов.
Он снова загнулся от смеха, а я обернулась к принцу. К счастью, стоял он неблизко и из-за музыки не слышал истеричного смеха Тима. Хватит и того, что проходившие мимо с любопытством поглядывали на парня, у которого от смеха уже икота началась.