Проснувшись, дракончик первым делом наведался в уголок и сделал дела, свойственные всем, кто хорошо покушал и успеть немножко переварить. Тим с ногами забрался в кровать, чтобы не мешаться на пути, пока я носилась туда-сюда, прибирая наделанные дела и настойчиво показывая малышу поднос с опилками в другом углу — лучшее, что смог найти Тим за неимением в общежитии кошачьих лотков.
Потом я отпустила дракончика исследовать комнату, и он облазил весь пол, пожевал стол Тиффани, собрал пыль под кроватью и застрял под шкафом. Тим вытащил его, но дракону захотелось ко мне на ручки. Малыш принялся муслявить мой палец, и я заметила, что у него прорезаются маленькие зубки.
— Как быстро! — поразилась я. Мне показалось, что и наросты-крылья чуть раздвинулись. — Дракоша-то быстро вырастет.
— Что ты его все дракошей называешь, — сказал вдруг Тим, пристроившись на кровати рядом со мной. — Дай ему какое-нибудь имя.
— Хм… Уголек? — предложила я, поглядев на черную чешую дракона.
— Как скучно, — фыркнул Тим. — Он же не котенок.
— Ладно, твой вариант, умник?
— Черная Смерть! — тут же воодушевился Тим. — Или Зимний Буран!
— Ну, Смертью мы его называть не будем, — поморщилась я. — А Буран мне нравится. Он же у нас зимний солдатик. Как тебе, нравится, Зимний Буран?
Дракончик довольно запищал.
Когда он, наконец, угомонился и снова пристроился на подушке, Тим ушел к себе, и я легла спать. Буран вежливо поделился подушкой и тихо спал рядом, но я чувствовала, что не одна, и от этого было очень уютно.
Глава шестая
в которой мои 33 несчастья продолжаются: я копаюсь в земле, не вовремя блещу стихотворным талантом, а в моей комнате появляются еще одни незаконные жильцы, приведшие к пожару
Утром, проснувшись, я почувствовала на себе что-то тяжелое. Открыв глаза, увидела дракона, растянувшегося на мне, причем филейной частью к лицу. Пузо он прижал к моей ключице, мордой доставал до живота. Ну и наглость.
— Буран, а хотя бы мордой к лицу никак? — спросила я у его задницы. Дракон тоже проснулся и вильнул хвостом, ударив меня по носу.
— И тебе доброе утро, — отозвалась я.
Сбросив наглеца на одеяло, я заметила, что за ночь наросты на его спине раскрылись, между косточками стали видны перепонки. Буран тоже заметил обновления и довольно сжал и разжал маленькие крылышки.
— Скоро и летать сможешь, — хмыкнула я и погладила дракончика. Он радостно запищал, и во рту показались маленькие зубки. Растет он действительно не по дням, а по часам.
Я встала и серьезно обратилась к дракону:
— Буран, сиди тут. Я схожу за едой.
Я изо всех сил попыталась послать дракону телепатические сигналы своих намерений. Не знаю, получилось или нет — может, Зимний Буран просто стал освоился со вчерашнего дня. В любом случае, он потянулся за мной и запищал, но не жалобно. Я забежала в ванну, потом совершила набег на кухню. Прикарманила чей-то йогурт из общего холодильника (не подписано — значит, общее; закон нашего общежития. Я тоже иногда попадаюсь, забыв подписать). Себе сделала яичницу и налила чай, понесла все это в комнату, где застала следующую картину.
Зимний Буран еще до моего прихода сумел запрыгнуть с кровати на подоконник и пошел водить знакомство с мухомашкой. Та прикинулась невинным цветочком и замерла, наивный Буран с любопытством потянулся к желтой сердцевине. Я открыла дверь, как раз когда мухомашка бессовестно захлопнула белые лепестки на морде дракона. Я сильно сомневалась, что небольшое растение съест крылатого ящера, пусть и маленького, но оттяпать что-нибудь может.
Я бросилась на помощь малышу, но пока бежала из одного угла комнаты в другой и ставила еду на стол, Буран вывернулся и сожрал плотоядный цветок — только стебель грустно поник, скорбя о содеянном. Я обалдело уставилась на дракона, а тот лишь пискнул в ответ. Ну, и кого тут еще надо было спасать?.. Мда, Тиффани меня убьет. Впрочем, когда она увидит, что у нас живет дракон, ей будет не до почившей мухомашки.
Буран с удовольствием позавтракал не только цветком, но и йогуртом, отхватил кусочек моей яичницы и сунул длинную морду в кружку с чаем, чуть не опрокинув ее. И впрямь дите малое. Вот только у меня нет времени возиться с ним.
— Прости, Буран, мне надо идти. — Я взяла малыша на руки и почесала пока еще нежный подбородок. — Обследуй комнату и веди себя хорошо. Вот орешки — съешь, если проголодаешься. Вот катушка ниток — можешь поиграть с ней. Но не перепутай, что для чего!