— Обещаю, — кивнула я и только тут вспомнила, что обещала крестьянам поговорить с гоблином. Но я не могла нажаловаться на воинов принца в их же присутствии, поэтому спросила: — Принц Кримон, можно мне будет поговорить с вами позже? Наедине. Это очень важно.
Гоблин бросил на меня пристальным взглядом, и я подумала, что он скажет: «Если я тебя спас от твоей же глупости, не значит, что можно так со мной фривольничать! У принца есть свои дела государственной важности, и нет времени на всяких наглых девиц» — но он ответил совсем по-другому:
— Зайдите вечером в жилой корпус преподавателей. Я велю, чтобы вас пропустили внутрь.
— Спасибо, принц Кримон, — в очередной раз поблагодарила я, и всадники уехали прочь.
Когда я вошла в гостиницу, ко мне подплыл хозяин, раболепно сложив ручки.
— Вы, кажется, разговаривали сейчас с принцем Кримоном? — поинтересовался он.
— А вы, кажется, из окна подглядывали? — буркнула я, но, углядев в этом деле свои выгоды, сказала: — Да, это принц Арленсии, Кримон Первый. Я, видите ли, учусь в академии магических искусств, где обучался он сам, и он по-дружески предложил подбросить меня до гостиницы.
Хозяин округлил рот на слове «по-дружески» и захлопотал:
— Что же вы не сказали… У нас монаршие особы, так сказать, редко бывают. Мы бы вам… мы бы для вас… Обед — за наш счет! — выдал он, наконец.
— Благодарю. — Я просияла. — Принесите его в нашу комнату, пожалуйста.
— Конечно, конечно, — закивал хозяин и бросился отдавать распоряжения.
Я поднялась наверх в бодром расположении духа. Конечно, я знатно перепугалась сегодня, но все обошлось, а бесплатный обед поднимает мне настроение лучше всего. Когда Тим открыл дверь, я крепко его обняла, и тогда меня совсем отпустило.
— Ты чего? — ошеломленно спросил Тим, но я уже метнулась к Бурану и взяла его на руки. — Краски надышалась, пока обои выбирала?
У меня дернулась бровь. Совсем забыла про обои! Тим тоже заметил, что я вернулась с пустыми руками.
— Я не за обоями ходила, — покаялась я.
— А куда? — вздохнул Тим, предчувствуя еще одну историю.
Нам принесли шикарный обед на двоих, и я рассказала Тиму все, что со мной произошло, одновременно уплетая суп-солянку, а потом рис и котлеты. Тим слушал с открытым ртом, забыв про обед.
— С ума сошла, — заключил он. — Почему ты мне не сказала?
— Ты бы пошел со мной, а кому-то надо было присмотреть за Бураном.
Тим открывал и закрывал рот, как рыба, вынутая из воды, но так и не нашелся, что сказать.
— Раз я обои не купила, надо бы сходить, — примирительно сказала я. — Ты пока кушай, а я…
— Ну, уж нет! — воскликнул Тим, потрясая в воздухе вилкой с нанизанной на нее котлетой. — Одна ты больше никуда не пойдешь!
Вспрыгнувший на стол Буран ловко стянул с вилки котлету и перепрыгнул на подоконник, по дороге смахнув хвостом солонку. Довольно урча, он поедал котлету, а Тим проводил его обиженным взглядом, но смолчал.
Пообедав, мы собрали вещи и спустились вниз. Буран продолжал путешествовать в рюкзаке.
Я заверила подошедшего хозяина, что обед нам очень понравился, и нет, никаких проблем не возникло, и да, я скажу принцу Кримону, что таверна замечательная, несмотря на то, что стоит на самом краю города, а кровати здесь дюже твердые. Про кровати я, конечно, вслух не сказала, а просто подумала.
В центре Лунграда нашелся единственный магазин, где можно было достать обои, и выбирать особо не пришлось — нам предоставили всего два вида бежевого. Я задумчиво повертела образцы в руках.
— Посветлее или потемнее? — спросила я.
— Вот этот. — Тим наугад ткнул в один из образцов.
— Хмм, посветлее, значит, — протянула я, разглядывая обои. — Но они в крапинку какую-то…
Тим так хмуро поглядел на меня, что я состроила скорбную мину и без лишних слов попросила у торговца небольшой кусок обоев. Несмотря на утерю золотого, пожертвованного в попытке сбежать, в кармане лежало еще пять золотых, и трата мелочи на обои меня не удручала.
Мы направились в сторону Кочуево и вскоре переставляли ноги по утоптанной повозками дороге. Дождь так и не шел, но небо все еще было затянуто светло-серыми тучами.
Сзади раздался цокот копыт, и мы остановились на краю дороги, поджидая возницу на телеге — авось, подвезет. Когда он подъехал поближе, мы разглядели знакомую мохноногую лошадку и Нафана на козлах.
— Подвезти вас? — широко улыбнулся он. Мы закивали и забрались в телегу.