— Зачем ты меня сюда вытащил?
— Я думал, ты хотела поиграть… — сконфузился Тим.
— Я хотела быть запасной запасной! Это значит, что я выхожу на поле только тогда, когда у нас нет других вариантов.
— Просто пинай мяч ногами, — вставил Лопатыч. — И желательно в сторону своих же.
Ладно. Буду пинать. Это же несложно, правда?
Наконец, все было готово, и судья дала предупредительный свисток. Мы разбрелись по сектору, поставив Лопатыча в середину. «Лови мяч, пинай мяч», — повторяла я себе.
Судья протяжно свистнула и мощным пинком отправила мяч на поле. Игра началась.
Мяч прилетел в другой средний сектор, и там его подхватил один из студентов. В борьбу за мяч ловко вступил посол Эрилон и перехватил его. Наши ворота находились в дальней от меня стороне, и мяч покатился туда. С моего места было плохо видно, что происходит, но вскоре я заметила, что мяч опять в среднем секторе и приближается в мою сторону — другой студент ловко обходил посла.
Одним пинком мяч послали в наши края, и я запрыгала из стороны в сторону, готовясь его принять. Но передо мной выросла широкая спина Хеивана, и он увел мяч прямо из-под моего носа. Лопатыч помешал бестиологу отправить мяч обратно в средний сектор, и Хеиван попытался обойти студента. Я прыгнула в их сторону и пинком отправила мяч туда, где маячил Тим.
— Молодец! — крикнул на ходу Лопатыч, бросившись в сторону улетевшего мяча.
Но радовалась я недолго. На другом конце сектора шла борьба за мяч, катившийся то в одну сторону, то в другую, как вдруг из-за спины Тима ловко выскочила лаборантка и увела у него мяч. Перебирая тоненькими ножками в лосинах, она ловко довела его до прочерченной на земле линии, где кончался сектор, обошла наседавших Тима и Лопатыча и пнула мяч за линию. Укатился он недалеко, но тут же был перехвачен Эрилоном и спустя минут десять забит в наши ворота.
В раздавшемся шуме сильнее всех выделялся бас Хеивана. Преподавательские скамейки ликовали, наши — разочарованно улюлюкали.
Стоявший на воротах широкоплечий пятикурсник кинул мяч в сторону своих, и игра продолжилась. Спустя какое-то время мне удалось завладеть этим несчастным колобком, и я помчалась в сторону крайнего сектора, где стояли ворота противника. Бежать, пиная мяч, не самое легкое занятие на свете, особенно когда тебе в затылок дышат Хеиван и Берек. Они подступили слишком близко, и я с размаху пнула мяч в сторону другого сектора. К моему разочарованию, им завладел преподаватель, и после долгой борьбы в разных концах поля нам снова забили гол.
Поначалу игра мне нравилась. Я бегала туда-сюда и следовала инструкции пинать мяч, даже сделала несколько удачных передач, но теперь, после двух голов, страсти накалились. Где-то разгорелась такая борьба, что упал студент, и в ворота преподавателей назначили пенальти. Один из семикурсников не подкачал и забил гол Лерою.
Это вызвало ажиотаж среди студентов и недовольство преподавателей, считавших, что назначение пенальти было несправедливым. Но судья оказалась не лыком шита и засвистела всех несогласных. Ей доставляло особое удовольствие возвышаться над всеми, стоя на трибунах, и дуть в свисток.
Счет 2:1 в пользу преподавателей разжег огонь в обеих командах, и мне стало как-то неуютно на поле, но я все же рискнула сунуться в очередное сражение за мяч, устроенное Хеиваном и Лопатычем.
Ой, зря.
Я углядела шанс перехватить мяч и почти это сделала, но теперь в ход шли не только ноги, пинающие мяч, но и руки, толкавшие соперника, а мне с парнями не тягаться. Потянувшись ногой за мячом, в следующий же миг я вдруг с удивлением обнаружила, что лежу на земле, а надо мной расплывается обеспокоенное лицо Тима.
— Ты в порядке? — спросил он.
Когда я сумела сфокусироваться на его словах, пришла боль. Она пульсировала в области носа и, дотронувшись до него рукой, я увидела на пальцах кровь.
— Спаси меня, — простонала я.
Как хотите, но на такие жертвы я не подписывалась. Пускай мальчишки ломают свои носы во имя спорта, если хотят, но я умываю руки.
Меня уволокли на скамейку, и матч продолжился без моего участия.
Подошла Лечкинс, склонилась над моим лицом. Я догадалась, что она собирается колдовать.
— А может не… А-а-а!
Я не успела возразить — Лечкинс шепнула заклинание, поводив пальцем вокруг моего носа, и там что-то хрустнуло, обжигая болью. Я вскрикнула, но боль тут же схлынула, и медсестра платком вытерла всю кровь. Потом она схватила меня за нос и потянула из стороны в сторону, как будто хотела вытянуть его до состояния хобота.