– Лучше уйди по-хорошему, пацан.
– Ты уйдёшь.
– А папочка знает, как ты разговариваешь с его деловым партнёром? – вскинул брови Юра.
– Одним больше, одним меньше.
– Да я уничтожу весь ваш бизнес, если захочу! – И Юра не врал. Мы с ним жили скромно, но я слышала, что дела у него пошли в гору после какой-то очень удачной сделки.
– Митя, не надо! – взмолилась я. Не хотела ему неприятностей.
– Вот-вот. Слушайся учительницу. Мы разберёмся как-нибудь без тебя. Или… – Лицо Юры озарилось догадкой. – Или ты с ним, Рита? Мда… Я думал, так низко ты не опустишься…
Одна слезинка скользнула по моей щеке. А я ведь так не хотела, чтобы он видел мои слёзы! Митя заметил это. Его взгляд будто обжёг меня. А потом он повернулся к Юре и…
– Охладись немного!
Митя толкнул его прямо в бассейн! Брызгами обдало нас обоих. Как в замедленной съёмке я смотрела на то, как Юра всплывает, его лицо перекошено от бешенства, надувшийся серый пиджак делает его вид таким смешным…
Я не выдержала и улыбнулась. Митя поймал мою улыбку и склонил голову на бок.
К нам приближался разъяренный Александр Владимирович в сопровождении экономки, готовящейся винить меня во всех грехах. Но пока они не подошли, мы с Митей чувствовали себя одной командой.
Я преисполнилась благодарности. Ведь он заступился за меня! А потом меня потянуло к нему с новой силой.
Ну и что же мне теперь делать?
Глава 10
Сказать, что Митин отец был в ярости, это значит не сказать ничего. После того, как Юра выбрался из бассейна промокший и злой, он не пожелал выслушивать извинения за «сына-идиота», просто сел в машину и уехал.
Разъяренный Александр Владимирович принялся за нас с Митей. Мы сидели в гостиной около сорока минут, пока он размахивал руками, сокрушался своей тяжелой родительской доле, скидывал вещи со стеллажа к ужасу Юлии Юрьевны… В основном, ведь его гнев был направлен на Митю, на меня же кидали злобные взгляды и периодически поражались некомпетентностью нынешних педагогов.
– Моё дело – математике его учить, а не воспитывать! – в конце концов не выдержала я.
– Вот именно! – обрадовался триумфу Александр Владимирович. – Учить математике! Как это точно сказано, Маргарита Викторовна! Так объясните же, – он приблизился к сидящей на диванчике мне, – какого чёрта вы уехали с ним на весь день развлекаться?!
– Ну… Эм… – я бросила взгляд на Митю в поисках поддержки. Он только насмешливо вскинул брови. Кажется, эта ситуация его очень веселит.
– Знаете, что? Вы уволены! Всё! Найду сыну другого учителя.
– Что?! – вмешался Митя.
– А неустойка?! – ахнула я.
– А не надо! Просто собирайте вещи и уезжайте, чтобы завтра вас тут…
– Но я не хочу! – отчаянно перебила.
Что-то в моём голос заставило умолкнуть и Александра Владимировича, и Митю, и даже набравшую в грудь воздуха Юлию Юрьевну, собравшуюся было однозначно поддержать решение начальника. Да что там, я и сама удивилась: хотела же уволиться ещё несколько недель назад, и только неустойка меня и удерживала.
После вечеринки, после сегодняшних приключений любой адекватный человек уже бежал бы паковать вещички, чтобы оказаться как можно дальше от этой семейки. У меня явно с головой непорядок. Но Митя заступился за меня сегодня! Никто ещё так не вступался за меня.
Я и правда не хочу уезжать.
– Разве Марго виновата, что ты вчера не приехал? – нарушил молчание Митя. Его голос дрогнул.
– Господи, Дим, какая разница? Ну давай завтра съездим на кладбище… Послушай, знаю, что это больно, но мёртвых не воскресить, а вчерашняя сделка крайне важна… Хотя какая разница, сегодня ты всё испортил! Ты и твоя учительница!
– Она тут ни при чём!
– Она уволена! Маргарита Викторовна, идите и соберите свои вещи.
– Марго никуда не пойдёт!
Я переводила недоумённый взгляд с одного на другого. Отец и сын, на самом деле, очень похожи как раз этим вот упрямством. Конечно, приятно, что Митя опять за меня заступается. Только не понятно, с чего вдруг такая любовь к математике?
– Это я плачу ей деньги! – отрезал Александр Владимирович. – Это со мной она заключила договор. И это только мне решать, останется она или нет!
– Я не стану заниматься, и гори этот твой универ синим пламенем, – в тон ему ответил Митя. – Если Марго уйдёт, то никакая сила не заставит меня сдать экзамены. И я не шучу. Ты меня знаешь.
– Поглядите, какая тяга к знаниям! – всплеснул руками его отец. – Я так и знал, что не стоит нанимать молоденькую блондиночку. Да из неё математик, как из меня – балерина!