– Все равно нужно сдерживаться. Отвесить тумаков, влезть в драку. Но не так. Не магией. Ведь он мог его убить.
Виолетта встала. Было видно, что продолжать разговор не хочет и скорее всего не согласна с мнением старосты. Возможно, в ее мыслях, тот парень сегодня должен был умереть.
– Завтра начинаются игры, – перевела она тему, – удачи тебе на них.
Улыбнулась. Но с грустными глазами эта улыбка казалась искусственной.
– Спасибо, – Лора поднялась следом. Говорить, что туда ее могут и не допустить она не хотела. Все ж надеялась на лучшее.
14.2
Антонин задумчиво рассматривал золотистые переливы в стакане. Дожили. Время только пять вечера, а он уже выглушил полбутылки. Так и спиться не долго.
Но по-другому справляться с воспоминаниями из прошлой жизни не получалось. Как назло, их становилось все больше, они смешивались, вытесняя на задний план реальность. В принципе, уже давно нет смысла оставаться в этом измерении. Дело всей жизни со звоном разбилось, а ответы на важные вопросы оказались неоправданной иллюзией. Он мог вернуться назад. Стряхнуть наконец с плеч переживания, проблемы аномальников, дела академии. Попытаться сбежать от навязчивых видений прошлого, которые рядом с Лорелией Фельн становилось невозможно терпеть. Им двоим не место в одном мире. Ведь она никогда не станет той самой женщиной из воспоминаний, а он не сможет долго справляться с желаниями, загорающимися в сердце, едва девушка оказывается рядом.
Казалось, вчера вечером он едва не перешел границы. Когда захотел поговорить, вышел на ее поиски, не обнаружив в комнате. Когда увидел в руках этого глупого мальчишки. Когда помог подняться и обнял, прижимая к себе, словно она была самым важным человеком в его жизни.
Как странно. Ведь он уже любил однажды. Но в тот раз было все по-другому.
– Целитель! Целитель!
Смертов мысленно содрогнулся, оборачиваясь на взволнованный зов. В дверях его кабинета нетерпеливо переминалась с ноги на ногу невысокая худенькая девушка в белом халате. Младшая медсестра.
– Что стряслось? – отставил стакан на стол и шагнул навстречу.
– Девочка! Пациентка Марики очнулась!
Сердце ухнуло вниз. Сорвался с места, чуть ли не бегом следуя за помощницей в лазарет. Благо его комнаты располагались практически рядом, на том же этаже.
Ребенка шести лет привезли в академию чуть больше восьми месяцев назад. На первый взгляд, девчушка не подавала признаков жизни. Даже слабое сердцебиение прослушивалось лишь с помощью специальных приборов. Марика, да и он сам долго бились над ней, пытаясь вернуть сознание, уснувшее, казалось, навсегда.
Она и привезенный вместе с нею мужчина могли пролить свет на очень многие вещи, касательные аномалий. Эти люди жили в одной из самых загрязненных зон, но заражены не были. Случайно попав в перекрестный огонь ищеек и аномальников, стали жертвами сразу нескольких разновидностей магии. Возможно, именно это спасло им жизни.
В палате уже суетились медсёстры и, как ни странно, находился сам Азар. Каким образом ректор узнал новость быстрее него?
Быстро отыскав взглядом нужную койку, Смертов отметил неестественное спокойствие пациентки. Для ребенка, очнувшегося после длительной комы в совершенно неизвестном ей месте, среди чужих людей.
Словно почувствовав его удивление, девочка медленно повернула голову. Стеклянные, словно неживые глаза льдисто серого цвета обожгли безразличием. В них не было ни удивления, ни страха, ни каких-либо других эмоций. Пустота. Бездонная и колючая.
Коротко кивнув Азару, остановился рядом с постелью.
– Доброе утро, спящая красавица, – попытался улыбнуться, – как ты себя чувствуешь? Что последнего помнишь?
– Бесполезно, Антонин. Она молчит.
И правда, девочка лишь не мигая смотрела на него.
– Как тебя зовут? – попытал счастья во второй раз.
Безрезультатно.
Ну, подобное поведение вполне оправдано. После пробуждения прошло слишком мало времени. Внешнее спокойствие может быть лишь маской.
– Давай мы послушаем твое сердечко?
Он взял у одной из помощниц стетоскоп и вдел в уши. Присел на кровать, осторожно протягивая руку к краю пижамной рубахи. Девочка не пошевелилась. Отодвинув белую ткань, приложил акустическую головку к груди. Даже не вздрогнула. А ведь прибор наверняка был холодным.
Прислушался.
Ни единого перестука.
– Как странно…
– Что? – склонился к плечу Азар, словно пытаясь услышать сердцебиение минуя посредников.
Антонин убрал стетоскоп, беря детскую ладошку и сжимая запястье.
– Пульса нет.
– Как это?
Вздохнул, задумчиво осматривая бледное лицо, практически бесцветные губы, останавливаясь на жутких глазах. Вопреки ожиданиям, вопросов стало еще больше.
– Лалинна, дай скальпель, – позвал первую, кого увидел.
Белокурая миловидная медсестра живо выполнила просьбу, замерев рядом.
Да, не часто он склонялся над детьми с ножом…
Сжал указательный пальчик маленькой пациентки. Одним быстрым движением полоснул небольшой надрез, как для забора крови. Надавил.
Ничего.
Это было уже не смешно.
– Думаю стоит позвать Хисса. Нам однозначно понадобится мнение некроманта.
– Не хочешь ли ты сказать…
– Не хочу. Потому что пока толком ничего не понимаю.
Ему вдруг стало неуютно рядом с этой девочкой, неподвижно сидящей, откинувшись на подушки. Даже не моргнувшей во время укола лезвием. Захотелось немедленно встать и уйти как можно дальше. Что он и решил сделать, поручив Лалинне не сводить с нее глаз.
– Подожди, мне нужно с тобой поговорить!
Азар быстро его нагнал, поравнявшись уже в коридоре. Смертову не хотелось разговаривать. Он почти догадывался, о чем пойдет речь.
Вчера, после того, как немного успокоившийся Фельн отчислил Геральда Холда и проводил того за купол, Антонин имел с ним не слишком приятный разговор. Получив выговор за проходившие втихаря тренировки Лорелии, еще час выслушивал о том, какой он мерзавец, подлец и вообще, плохой человек. Что еще можно добавить к этому, сложно представить, но все же Азар настойчиво желал сейчас побеседовать.
– О чем, если не секрет? – холодно протянул сквозь зубы, попутно задумавшись о ситуации с пришедшей в себя, но не совсем живой девочкой.
Весьма интересный выходит результат смешения аномальной и стихийной магии. Как бы теперь Хисс не доказал, что в коме у них восемь месяцев пролежало умертвие. Если так, то необходимо было срочно изолировать. Ведь неизвестно, кто именно ее обратил и почему она очнулась именно сейчас. Так же, стоит повнимательнее осмотреть второго пациента – мужчину. Если справиться с ребенком можно легко, зомби покрупнее способен наворотить дел посерьезнее.
– Об играх. И моей дочери.
– Мы разве вчера не пришли к консенсусу?
– Да, признаю, немного погорячился. Но и ты пойми!
Смертов остановился, поворачиваясь.
– Что ты от меня хочешь? Как и просил, Крон вычеркнул Лорелию из списка участников еще вчера ночью. А наши занятия… В будущем наверняка эти знания ей пригодятся.
– В том-то и дело, мне кажется, я был не прав.
Господи, он у этой семейки вроде личного психолога, что ли?
– Повторю вопрос: что ты от меня хочешь? Передумал – вызывай Крона. Именно он распорядитель, а не я.
– Хочу, чтобы ты провел с ней еще одну тренировку.
– Нет.
– Почему?
– А ты не видишь? Моего внимания требует нечто более важное. И вообще… – Антонин помедлил, проговаривая про себя то, что хотел сейчас озвучить.
– Что?
– Скорее всего, после соревнований я уйду. Хочу убедиться, что эти в этих глупых играх никто не пострадает. Есть смысл подыскивать мне замену.
15. Не стой на месте
Едва лишь зачарованная Рубиной статуэтка петуха прокукарекала три раза из положенных шести, в двери громко постучали.
Несмотря на раннее утро, Лора вот уже пол часа сидела на кровати, свесив ноги и мрачно глядя на керамический аналог будильника. Его хозяйка продолжала дрыхнуть, уткнувшись лицом в подушку. Как она не задохнулась, можно было лишь догадываться.