Николь мелко вздрогнула, когда дверь со скрипом открылась, выпуская высокого, крепко сложенного мужчину. Его хмурый взгляд пробежал по ним троим и остановился на Расселе. Тот молча протянул ему какую-то темную карточку. Мужчина нахмурился, оглядел вещь, потом снова их, а затем протянул ее обратно парню. Раскрыл дверь чуть шире, пропуская их внутрь.
Как только они прошли, послышался гул. Голоса, крики. Так далеко, но так близко.
Все молчали. Рассел последовал следом за охранником, бросив назад предупреждающий взгляд. «Никаких вопросов. Все потом». Тим едва заметно кивнул, сплетая пальцы с Николь. Она не заметила, как ее руки подрагивали от напряжения. Он постарался ее успокоить прикосновениями, давая понять, что рядом и готов на что угодно, лишь бы ей не навредил никто.
Они прошли по темному, освещенному тусклыми лампами, коридору вглубь здания. Звуки музыки, возгласов, толпы и боя все больше приближались.
Николь ненавидела, когда люди дрались. Пацифист с рождения — не признавала разрешение конфликта путем проливания крови. Она глубоко вдохнула, когда очередная дверь открылась, погружая их в шумное, пропитанное запахом сигарет, алкоголя и… крови, пространство.
Перед ними маячили люди, что-то выкрикивая и взмахивая руками. Так называемые «трибуны» представляли собой несколько уровней, окольцовывающих октагон в самом центре. Практически все источники света были направленны именно на него. Даже с этого расстояния можно было увидеть размазанную на его поверхности кровь. Мужчины и женщины, кричащие от адреналина.
Все это — незаконно, аморально и абсолютно безнаказанно.
Николь замутило. Она начала дышать ртом, оглядываясь вокруг. В голове не укладывалось, что люди приходили сюда посмотреть, как двое буду избивать друг друга до полусмерти. И платили за это. Делали ставки.
А еще больше поражали люди, согласившиеся непосредственно участвовать в боях. Что ими двигало? Нужна в деньгах или эмоциях? Нахождение в моменте, или избегание внутренней боли?
— А теперь! Вы все этого ждали! Наш неизменный фаворит. Изголодавшийся до свежей крови пес.
Воздух прорезал громкий голос из микрофона. Троица находилась на втором уровне смотровой зоны. Над ними — на третьем отсеке — находилась самая большая часть зрителей. С виду обычные люди. Но если посмотреть вниз, то у самого октагона можно было увидеть деловых мужчин, сидевших на диванах в компании разукрашенных полуголых девиц. Самые особенные гости, ради которых и проводились зрелищные побоища.
— Не хотите ставку сделать? Этот парень очень хорош.
Николь оглянулась на Рассела и скривилась.
— У нас разве не другой приоритет? Давай, выкладывай.
— Что ж, раз вы такие скучные…
Парень театрально закатил глаза и вздохнул, отлипая от перил.
— Ну вы хоть взгляните на него. Зверь.
— ЗВЕРЬ!
Завопил мужской громогласный голос, проносясь над головами всех зрителей. Николь замерла, наблюдая, как дверца арены открылась и в нее вошел парень. Высокий, светловолосый, весь татуированный. Знакомое тело, плечи, осанка. Даже походка. И два ангельских крыла на задней части шеи.
— Это…
Кристофер.
Он медленно шел вокруг ограждения, источая полную готовность. Суровый. Отстраненный. И опасный.
Николь схватилась за край перекладины и часто задышала. Это был совсем не тот мальчик, которого она помнила из детства. Даже не тот молодой человек, которого недавно встретила на пляже с младшей сестрой. Это был вырезанный из стали суровой боец.
— Черт… — с боку шепнул Тим, так же внимательно наблюдая за происходящим внизу. — Он… дерется здесь.
Николь ничего не ответила. Грудь сжалась, словно весь воздух моментально исчез из помещения.
— Вы его знаете?
Она не слышала, что ответил Расселу Тим. Прожигала взглядом своего бывшего лучшего друга, не в силах оторвать глаз. На какое-то мгновение их взгляды встретились. Крис замер, увидев ее. Ошеломление, а затем злость, пронеслась на его лице. Но он быстро взял себя в руки, лишь сжал сильнее челюсть. Николь испуганно сглотнула и отшатнулась от ограждения. Неверие и страх, сковали ее сознание. Как Кристофер мог участвовать в таком мракобесии?