Ее тошнило от одной мысли, что увидит, как чужие руки ее несли и лапали самым грязным образом, как надругались над ней в какой-то подворотне…, все это может ожить перед ней на экране в один щелчок кнопки. Но еще сильнее тошнило от понимания, что флэшка это единственное доказательство. Что без этой маленькой вещицы у нее ничего нет, только слова.
Она не готова. Но если не сейчас, то когда?
Она пыталась уговорить себя, найти в себе ту самую решимость, что в детстве толкала ее на всякие приключения и опасности. Толкала ее на правду. Но с каждой секундой Николь понимала, что правда — это не только оружие. Это еще и яд.
Рядом на полу покоился ее старенький ноутбук. Николь притащила его на случай, если решится на действия. Глубоко вздохнув, подняла его и опустила на свои колени. Нажала кнопку запуска. Аппарат загудел и начал работу.
Николь оглянулась на открытую дверь. В постели еще спал Тим, его размеренное дыхание было еле слышно. Он не подозревал, что она собиралась сделать. Она боялась, что если парень увидит ее сейчас, с этим выражением лица и дрожащими руками, то поймет: она все еще в плену того дня.
Взглянула на экран, подключила флэш-карту и медленно выдохнула. Она сделает это.
Содержимое папки ограничивалось четырьмя файлами, которые были подписаны: «1. Камера над баром», «2. Камера в коридоре санузла», «3. Камера заднего двора», «4. Камера на дороге».
Ее сердце пропустило удар. С чего все началось и где закончилось. Рассел нашел все. Как ему это удалось оставалось большой загадкой. И последней проблемой для Николь.
Дрожащими пальцами она навела курсор на первый файл и запустила видео.
Глава 20
Экран ожил, воспроизводя уже знакомый ей клуб, в котором они отмечали день рождение Виктории. Ракурс был прям над барной стойкой. Она сразу узнала себя. Сидела на высоком стуле, часто поворачиваясь назад, чтобы посмотреть на счастливую сестру. Та отплясывала со своим парнем под ритмичную музыку.
Николь практически физически почувствовала, как внутри все сжимается при виде самой себя. Той, из прошлого. Не обремененную проблемами и наивную, поддерживающую сестру во всех авантюрах.
В кадре появился мужчина и с интересом глянул в ее сторону. Затем наклонился к бармену, обменялся рукопожатием и что-то передал, присаживаясь недалеко от девушки. Николь сглотнула ком, образовавшийся в горле. Это был Он. Первоначальная причина всех ее кошмаров и страхов.
Их связь с барменом была очевидной. Они действовали сообща. Один платил, другой поил.
Гул в ушах заглушал звуки из видео, которые находились на самом минимуме. Пальцы отчаянно сжимавшие края ноутбука побелели.
Она смотрела один файл за другим, пока не дошла до самого последнего. Там, где все и произошло.
Николь сидела неподвижно, и дыхание ее было таким неровным, что казалось, что оно вот-вот сорвется на всхлип. Сердце колотилось от отчаянного, выматывающего ужаса, что это реально с ней было, что не стерлось и не исчезло. Внутри смешались: мерзкая липкость унижения, тупая боль от осознания своей беспомощности в тот момент и ярость, которую она глушила так долго.
Слезы выступили мгновенно, но она не вытирала их. Глаза были прикованы лишь к экрану, как будто ей жизненно необходимо было досмотреть все до конца, чтобы зафиксировать в памяти это лицо, каждое движение — как доказательство.
В ней начало возрастать чувство, превращающееся в жар — и этот жар уже не обжигал ее саму, а искал, кого сжечь. Она не отрывала глаз понимая, что теперь у нее есть реальное и весомое подтверждение. Слезы все катились, но внутри появилось странное, почти металлическое спокойствие. Оно сжималось в кулак где-то под ребрами.
Это был не конец.
Это было лишь начало.
Каждое мгновение на этих видео отравляло ее изнутри, но теперь же оно и могло стать ее оружием. Она сжимала ноутбук в руках, словно боясь, что его могут вырвать из рук.
Она больше не будет жертвой.
Тим проснулся от непривычной тишины и пустоты рядом. Его рука прерывисто скользнула по постели — еще теплая, но уже без Николь. Он приподнялся на локтях, потер глаза и вслушался. С балкона доносился тихий шум прибоя, а из двери едва уловимо тянуло прохладой утреннего ветра.