— Пойдём гулять, señorita? — намеренно с акцентом.
Николь засмеялась — легко, по-настоящему. Взяла его за руку, и они вышли в солнечное утро Сан-Себастьяна, словно мир был готов открыть им новый день.
Город дышал теплом и светом, будто зная, что они нуждаются в этом, давал им пространство — узкие улочки, пряные запахи, сотни теней, в которых можно было на мгновение раствориться друг в друге.
Николь шла впереди — лёгкая, солнечная, почти танцующая. Тим следовал рядом, но каждый его шаг отдавался в ней, как будто он касался ее своим вниманием.
— Ну? — Она оглянулась через плечо. — Пытаешься понять, куда я тебя веду?
— Пытаюсь понять, как мне повезло, — ответил он с тем тихим, уверенным тоном, который всегда давал ей мурашки.
Она закатила глаза, хотя в уголках губ возникла улыбка.
Он приблизился настолько, что его пальцы скользнули по её талии — сначала легко, будто проверяя, можно ли… а потом чуть увереннее.
— Я просто честный, — шепнул он ей в ухо. — И у меня потрясающий гид.
Николь почувствовала, как вспыхивают щёки, и быстро отвернулась, будто спасаясь.
— Не думай, что я поведусь на это, — бросила она, но шагнула медленнее, чтобы он не отставал.
— О, ты уже ведёшься, — тихо засмеялся он.
Она толкнула его локтем, но совершенно несерьёзно. Когда они подошли к старой полузаросшей арке, Николь почти автоматически схватила его за руку.
Он приподнял брови.
— Соскучилась?
— За аркой, — отрезала она. — Не за тобой.
— Ага. Конечно.
Он притянул её чуть ближе — ровно настолько, чтобы она почувствовала его дыхание у себя на щеке. Ей пришлось сделать глубокий вдох, прежде чем показать ему тайное углубление в стене.
— Здесь мы с Тори прятали наши… ну, «сокровища».
Тим провёл пальцем по камню, а другой рукой продолжал держать её. То поглаживал большой палец сверху её ладони, то слегка сжимал. Она старалась не обращать внимания, но у неё это получалось плохо.
— И что из этого ты собираешься показать своему парню? — спросил он вкрадчиво.
— Ничего.
— Жаль. Я надеялся, что ты меня посвятишь в детские тайны.
— Могу показать тебе кое-что другое…
Он замер, пронзительно всматриваясь в ее глаза.
— Ты понятия не имеешь, что со мной делают твои слова…
Он не договаривал. И не нужно было.
Николь поймала его взгляд — тёплый, глубокий, такой откровенный, что ей пришлось отвести глаза. На них обращали внимание прохожие. Но парень поймал её подбородок пальцами и вернул её лицо к себе.
— Не прячься от меня.
Она покраснела, но не ушла. Потянулась и быстро чмокнула в губы, оставляя на них влажный след. А затем быстро потянула его за руку дальше. Когда они вышли к Ла-Конче, волна солёного ветра подхватила её волосы. Тим остановился, не отрываясь, глядя, как они разлетаются.
— Ты тут как стихия. — Его пальцы скользнули по её щеке, заправляя выбившуюся прядь за ухо. — Трудно смотреть на море, когда ты рядом.
— Ты специально сегодня решил так говорить? — спросила она, чувствуя, как дыхание сбивается.
— Честно? Я вообще не думаю, что говорю, когда ты рядом и такая красивая. Потрясающая…
Он наклонился ближе, опаляя ее лицо теплым дыханием.
Она на секунду замерла — не от страха, а потому что хотела… слишком сильно хотела.
Поцелуй оказался уверенным, но медленным. Таким, от которого колени подгибались.
Тим притянул её к себе за талию, а она обняла его за шею, отвечая ему так, словно боялась упустить этот миг.
Когда они оторвались друг от друга, оба были чуть ошеломлены.
— Тим… — прошептала она.
— Домой?
Он бегал взглядом по ее лицу, считывая все эмоции. Слегка сжимал пальцами талию, порываясь слегка задрать ткань ее сарафана. Казалось, что ему жизненно необходимо было коснуться ее кожи.
— Нет, — она с хитрицой закусила губу, пригладив футболку на его плечах. — У нас еще ужин.
Уже когда они сидели в маленьком кафе с видом на город, Николь всё ещё не могла прийти в себя. У неё горели щёки, и каждый раз, когда она поднимала глаза, Тим смотрел на неё так, что внутри всё становилось мягким.