Строчки расплывались перед глазами, плясали словно пьяные. Это был ее Крис. Лучший друг и парень. Тот, кто знал ее с самого детства. Все привычки и любимые занятия. Все, что она не могла рассказать иногда даже Тори. Как она может так поступить с ним, вывалив грязную истину произошедшего? Как он это перенесет?
Она еще раз потерла глаза и напечатала ответ, ощущая, как начинают дрожать плечи.
«Жду тебя на нашем месте.»
Новая волна рыданий угрожала застать ее врасплох. Не прошло и месяца, как они с сестрой вернулись домой после того дня. Не было ни одной спокойной ночи. Кошмары вырывали ее из сна цепкими мерзкими лапами. Виктории приходилось спать в одной кровати с младшей сестрой, чтобы успокаивать при каждом неожиданном пробуждении. Успокоительные, которые она принимала, были слабо действующими, поэтому практически не помогали. На сильные препараты нужен был рецепт. А к врачам обращаться девушка не хотела. Все бы сразу донесли до ее родителей. Городок был небольшим, знакомых было достаточно много. А доброжелателей значительно меньше.
Как быстро бы разлетелась новость о том, что дочка главного врача кардиологического отделения Трэвиса Долана нуждается в сильнодействующих седативных препаратах? Особенно, если родители сами были не в курсе этой нужды.
Позади послышался голос, окликающий Николь по имени. Девушка вздрогнула и откинула назад волосы, раскрывая лицо подбегающему к ней светловолосому парню. Его широкая улыбка озаряла лицо. Крис подбежал и заключил ее в крепкие объятия, поднимая на ноги. Они не виделись два месяца, но это время показалось ему целой вечностью. В одной руке он держал небольшой букет розовых лилий, которые так любила Николь.
Девушка растерянно опустила руки ему на талию, сжимая пальцами ткань футболки. Тесные телесные соприкосновения не вызвали в ней положительной реакции как раньше. Сердце гулко билось, угрожая пробить ребра. Она испугалась, что парень тоже почувствует это, и отстранилась. Это вышло довольно резко, вызвав в Кристофере неприятное ощущение и вопросительное выражение лица.
— Все в порядке, Нини?
Так называла ее младшая сестра Кристофера, потому что не могла выговорить сочетание букв в «Ники». Со временем это прозвище привязалось, и парень стал называть ее так. Девушка поджала губы, вспомнив светловолосую девчушку Лианну.
Он погладил ее по плечам и наклонился, заглядывая в глаза. Они были слегка покрасневшими. Улыбка тут же сползла с его лица, уступая место серьезности.
— Ты плакала?
Крис убрал ее волосы назад и поднял лицо ближе к себе. Николь сделала все возможное, чтобы не разреветься еще раз. Пронзительные глаза разглядывали все ее лицо, пытаясь выявить причину грусти.
Кивнула и поджала губы.
— Все в порядке. Просто накатило внезапно.
— Что случилось? Отец?
— Нет.
Она отмахнулась и отошла на шаг назад, поправляя волосы и закрывая снова лицо. Крис выжидающе смотрел в ее лицо. Ему абсолютно не нравилось поведение девушки. Он нутром чуял что-то нехорошее, что не давало ей покоя.
— Тогда что?
— Крис.
Николь вздохнула и сложила руки на груди, стараясь придать таким образом себе более повседневный вид. Он сглотнул, оглянув ее позу. Ему это не нравилось от слова совсем. Рука с цветами опустилась.
— Нам надо поговорить. Это касается наших отношений.
Николь подняла взгляд к лицу парня, собирая всю смелость, на которую была способна. Она должна была сделать этот шаг. Эти отношения и без того не имели шансов на продолжение. Дальше близкой дружбы они не продвигались. Как бы Николь не пыталась навязать себе влюбленность и тем более любовь, она не могла увидеть Кристофера больше, чем друга или брата. Или нашла себе предлог, чтобы не мучать обоих губительной правдой.
— У нас не получается… неужели ты не видишь?
Слова ударили пощечиной. Он дернул голову назад, уставившись на девушку.
— Что поменялось за это лето? Почему ты пришла к таким выводам?
Он снова потянулся к Николь, хотел взять за руки, заглянуть в глаза и потребовать объяснений. «Просто не получается» для него не было ответом. Девушка покачала головой, игнорируя его протянутую ладонь.