Она слушала его слова и взвешивала все «за» и «против». Открыться сейчас? Все рассказать? Что он будет делать с этой информацией? Начнет жалеть? Избегать? Рассказать про преследователя? Что ему даст это? Голова начинала гудеть от всех вопросов. Николь зажмурилась. А затем нерешительно кивнула.
— Сначала ты…
— Хорошо, сначала я.
Он облегченно выдохнул и поднялся, присаживаясь с ней рядом.
— Проблема Салливанов началась довольно давно. Они никогда не были показательно-образцовой семьей. Сколько я помню, скандалы, разборки. Мама часто брала меня с собой, не с кем было оставлять дома. У них были дети, с которыми я подружился и начал общаться близко. Рассел и Мелисса.
Девушка раскрыла рот от удивления, ведь об этом даже не могла и подумать. В доме ничего не напоминало о детях. Она подала тихий голос.
— Ну а где они сейчас?..
Тим опустил голову, рассматривая свои сомкнутые пальцы. Неприятный воспоминания вихрем закружили в его голове. Образовавшаяся на языке горечь неприятно отдавала в горло.
— Их не стало.
— Что?..
Николь прикрыла рот рукой, тем самым заглушив свой вопрос.
— Да. Роковая случайность или преднамеренное убийство. Но Мелиссы погибла. Об этом шло много слухов. Даже внутри дома. Работники любили потрепать языками. Выяснять, кто виноват, из-за чего это произошло. Грешили на отца семейства и его бизнес… Следом Рассел сошел с колеи, начал пить и употреблять. Фактически, его тоже не стало. От него тогда осталась лишь оболочка. Ни обдуманных действий, ни разумных мыслей… Не знаю, представляешь ли ты себе нарко и алкозависимого человека. Он стал неуправляемым. Отец выставил его из дома. Мы перестали общаться, потому что он просто пропал. Я не смог его найти. Обходил его друзей богатеев, места, где он тусовался в то время. Но ничего.
Девушка обняла себя руками и практически не дышала, слушая рассказ. В голове не укладывалось то, что таилось за высоким забором этого особняка. Столько пережитой боли и предательств. Не удивительно, что Дэбора пристрастилась к выпивке.
— Тогда и Миссис Салливан не выдержала. Потерять обоих детей для нее оказалось самым большим ударом. Я до сих не представляю, как она справляется со всем этим. Но единственным человеком, которого она к себе подпускает, является моя мама. Только ради этой женщины она держится за работу, закрывая глаза на неприятные случаи… как ты рассказала ранее.
— Это кошмарно… И неужели никак нельзя… что-то сделать?
Тим взглянул на девушку. Она смотрела перед собой, с полным ошеломления взглядом.
— Я сомневаюсь, что, вмешавшись можно что-то решить. Если только не навредить.
— Бедная женщина. Что она перенесла. И до сих пор терпит эту жуть по отношению к себе.
В голове всплыли слова таинственного парня с заброшек. Он ненавидел Рональда Салливана. И теперь Николь была уверенна, что ему было за что. Все сомнения и переживания по поводу своего задания ушли. Девушка дала себе установку, что должна выполнить свою часть уговора. Она не почувствует никаких угрызений совести.
— Значит он это заслужил...
Она вслух шептала себе слова, подтверждающие свою правоту, позабыв о слушателе рядом. Тим напрягся и озадаченно рассматривал ее профиль, переосмысливая сказанное.
— Кто и что заслужил? Николь, о чем ты?
Между ними повисла тяжелая тишина. Девушка медленно взглянула на брюнета и сглотнула. Деваться было некуда. Она ему расскажет, ведь уже ступила на путь доверия.
История того дня сама по себе начала литься из уст девушки. С каждым новым поворотом событий лицо Тима бледнело и вытягивалось в потрясенном выражении. Единственным непонятным в этом всем оставалась причина, по которой Николь согласилась на данное сотрудничество. Тим расхаживал перед ней и мрачно почесывал рукой щетину.
— Скажи мне, пожалуйста, почему ты собралась это все сделать? С какой стати тебе доверять непонятно кому? Он тебя выкрал, шантажировал, угрожал! Зачем тебе ему помогать? Ты думала, что с тобой может произойти? Николь? Как ты вообще рассчитываешь это все… Блять. Куда ты себя суешь, ты понимаешь? Все что я сказал ранее было пустым звуком? Салливан опасен. Ты осознаешь это?