Девушка потянулась другой ладонью и коснулась его колючей от щетины щеки. Практически вынудила его опустить голову и посмотреть в глаза. На нее опустился утомленный взгляд, выражающий внутренние переживания. Николь поняла все без слов. Мелисса была достаточно близка ему, чтобы спрашивать у него подробности их отношений.
Девушка кивнула собственным выводам и нежно погладила его большим пальцем по скуле. Она принимала эту часть его жизнь.
Поднимаясь по лестнице к квартире Тори, Николь прокручивала в голове все, что могла рассказать сестре. Позади плелись Тим с Марли. Девушка остановилась у двери и позвонила. Сестра открыла буквально через десять секунд. С полотенцем на голове и большой серой футболкой рыжая больше походила на миловидную девушку-подростка.
— Ой!
Она сразу захлопнула дверь обратно. Николь отшатнулась назад, ударяясь спиной о грудь парня. Марли звонко гавкнул.
— Какого ты творишь?
— Почему ты не предупреждаешь, что не одна?! Разве можно в таком виде перед парнем появляться? — Прокричала из-за двери Тори.
— Ну так он не твой парень. Перед Майком будешь разыгрывать роковую женщину. Открой.
Тим хмыкнул ей в затылок.
Николь сама потянулась и открыла дверь. Виктория сложила руки на груди и смотрела возмущенно на них. Полотенца на голове уже не было.
— Ну проходите, коль не шутите. Еще и с песиком. Какая прелесть. За вами больше никого нет?
— Тебе повезло. Больше никаких чужих парней.
Тим зашел последний и прикрыл дверь, слабо улыбнувшись рыжей девушке. Тори сузила глаза и кивнула в приветственном жесте. После вчерашних воспалённых глаз Николь она немного подозрительно начала относиться к парню.
— Так, холодильник пуст. Кофе закончился, а чай я не пью. Могу вам предложить воды.
Она прошла на маленькую кухню, забираясь на высокий стул у барной стойки, которая служила как обеденная зона. Николь присела напротив нее, и взглянула на Тима. Тот окинул краем глаза помещение и остановился около девушки. Марли словно бывал в этой квартире уже не раз, пробежал к дивану и запрыгнул на него.
— Да, чувствуйте себя как дома.
Парень воспринял ее слова как призыв к действию и опустился возле пса, откидываясь на мягкую спинку из подушек.
Тори выгнула бровь и медленно перевела взгляд на брюнетку.
— Вы уже потрахались?
Николь поперхнулась слюной и закашлялась, шокировано выпучив глаза на Викторию. Рыжая бестия многозначно дернула бровями и подвинула стакан с водой сестре. Девушка сразу сделала два глотка и с громким стуком опустила его обратно на поверхность.
— А мы что, не об этом собирались говорить?
— Виктория. Ты издеваешься? Вот так сразу в лоб? Потрахались ли мы?
Николь неожиданно для всех заговорила на испанском, сердито пихнув ногу сестры под столом.
— Ну а что? Мне очень интересно. А вы такие загадочные.
Тори ответила в той же манере и наклонилась ближе к сестре, заискивающе заглядывая в глаза. Словно искала там ответы на свои пикантные вопросы.
— Нет, мы не потрахались. И нет, мы не об этом пришли поговорить.
— Я все еще здесь.
Парень поднял руку, с интересом слушая их эмоциональную беседу. В которой, к слову, ничего не понял, кроме прямого интереса к их половой жизни.
— Прости.
Брюнетка виновато оглянулась и поджала губы. Словила понимающий взгляд и улыбнулась уголками губ.
— Вообще-то, паренек, мне не понравилось вчерашнее состояние моей сестры. И за это я еще собираюсь с тебя спросить.
Виктория тыкнула пальцем в сторону Тима и подозрительно сузила глаза. Он раскрыл было рот, чтобы ответить, но Николь опередила.
— Он меня не обижал. И как раз о вчерашнем мы и хотели тебе рассказать.
— Мы?
— Да. Тим все знает.
— Все?
— Да, Тори. ВСЕ.
Рыжая сложила руки на груди и нахмурилась, оглядев сестру. Попыталась считать все с ее лица и тихо выдохнула, кивнув. Тихо произнесла на родном языке:
— Ты ему доверяешь?
Ее тон был переживающим и очень заботливым. Таким, от которого у Николь разливалось тепло в области груди. Девушка положительно моргнула и сложила руки на столе. Они слегка подрагивали. Тори заметила это и потянулась к ладоням сестры, накрывая их своими.