На льду, оттесняя присвистывающих врачей, уже вырос грозный силуэт Каллахана. Тот был просто вне себя от бешенства:
- Сандерс, тупица малолетняя! – ревел тренер, ухватив Трэвиса за ворот свитера. – Что ты себе позволяешь?! Куда ты, к чертовой матери, пялился во время матча?!
- Да отвалите вы!.. – прохрипел Трэвис, морщась от пульсирующей боли. На льду растеклась небольшая лужица его крови. Из рассеченной брови она сочилась крупными каплями, застилая глаза.
На этот раз разгневанный тренер просто преступил все границы. Он встряхнул Трэвиса так, что у того хрустнула шея:
- Еще одна такая твоя выходка - и я без разговоров выставлю тебя со льда, кем бы ты ни был! Понял меня?! Начнешь концентрироваться на игре, а не на своей сучке на трибунах!
Джейк Томпсон, прибежавший на подмогу, резко оттеснил руку Каллахана, вставая между Трэвисом и тренером:
- Сэр, вы слишком далеко зашли! Это была всего лишь случайность, которая никак не...
- Заткнись, Томпсон! – рявкнул Каллахан почти по-звериному. – Не ты здесь главный, и не тебе решать! Я не потерплю в команде распущенных олухов с бабьими замашками!
На льду уже столпились медики и судьи, растерянно озираясь по сторонам. Дальнейший матч был под угрозой срыва. Поняв, что скандал принимает угрожающие масштабы, Джейк решительно подхватил Трэвиса под руку и потащил к выходу с катка.
- Пойдем, приятель, - сквозь зубы процедил он. - Дашь мне знать, если этот бугор совсем распоясается...
Трэвис лишь молча кивнул. Горечь, вина и досада переплелись внутри него в тугой клубок. Он вновь подвел команду - и все из-за своей безрассудной влюбленности. Каллахан был прав, жестко осадив его. Такие чувства на льду были непростительной роскошью.
Что же касается Эмили... Трэвис с болью подумал, что лучше бы ей вовсе не приходить на игры. Ее присутствие явно не шло ему на пользу. Да и кто знает, может, все обвинения Каллахана в адрес девушки были не просто бессмысленной бравадой?
В ту ночь Трэвис долго не мог уснуть, ворочаясь с боку на бок и прислушиваясь к дыханию умиротворенно посапывающей рядом Эмили. Впервые с момента начала их отношений ему было на душе тревожно и муторно. Ему начали понемногу открываться тайные сомнения - а правильно ли он поступил, связавшись с этой девушкой? Что если она и впрямь случайный эпизод в его жизни, а вовсе не спутница на всю оставшуюся дорогу? Разве он не обречен страдать вечными метаниями между семьей и карьерой, если этот конфликт будет разрастаться?..
Череда размышлений и сомнений была грубо прервана через пару дней звонком от Джейка. При первых же его словах, лицо Трэвиса окаменело:
- Брендан? Какого хрена этот говнюк объявился? Я думал, он сгинул после всей той истории...
В трубке раздался невеселый смешок:
- Знаешь же, такие твари, как он, имеют привычку всплывать на поверхности снова и снова, - в трубке раздался невеселый смешок. - Короче, слушай. Мне это порассказал один парень из моего тренажерного зала. Брендан вроде как всучил ему чек на крупную сумму, чтобы тот передал твоей Эмили какое-то сообщение.
- Какое еще сообщение? - нахмурился Трэвис, чувствуя, как к горлу подкатывает тугой ком.
- Да фиг его знает, - отмахнулся Джейк. - Этот кадр ничего вразумительного не сказал, только пробурчал что-то о "долгах прошлого" и "дьявольском отродье". В общем, дела темные, сам понимаешь.
Трэвис стиснул зубы так, что желваки заиграли на скулах. Брендан... Этого имени он старался даже не вспоминать. Именно из-за этого отморозка Эмили пришлось пережить немало горя и унижений. А теперь гадина опять всплыла на поверхности?
- Я разберусь, - сухо пообещал он другу. - Если эта сука опять сунет нос в наши дела, пожалеет, что родилась на свет.
И Трэвис отключился, со зловещим хрустом сминая в ладони телефон.
Весь оставшийся день он провел как на иголках, подозрительно вслушиваясь в каждый телефонный звонок и косясь на молчащий мобильник Эмили. Сам он решил пока ничего не говорить девушке - не хотелось зря тревожить ее без веских оснований. Вдруг эта информация окажется лишь слухами или провокацией?
Однако на следующее утро его худшие опасения оправдались. Трэвис готовился к тренировке, когда Эмили вдруг вошла в спальню, недоуменно хмурясь и протягивая ему какой-то конверт:
- Трэвис, это тебе. Сегодня принесли с курьером, никаких обратных адресов... Очень подозрительно.