Переломный момент наступил в одну из пятниц. Трэвис неожиданно вернулся с тренировки раньше обычного и застал Эмили с Джошуа на кухне за приготовлением ужина. Мальчик азартно месил тесто для печенья, перемазавшись мукой с ног до головы. Эмили весело смеялась, украдкой счищая с его носа белые разводы. Она напевала что-то под нос, легко порхая между столом и плитой, помешивая соус и нарезая овощи для салата. На ней был забавный фартук в горошек и красная бандана, призванная укротить непослушные кудри. Такая юная, домашняя и по-настоящему счастливая.
У Трэвиса перехватило дыхание от нахлынувшей нежности. Он вдруг со всей ясностью осознал, что хочет видеть эту картину каждый день. Хочет, чтобы Эмили стала не просто няней, а полноправным членом их маленькой семьи. Дорогим и близким человеком для него и Джоша.
Словно почувствовав его взгляд, Эмили обернулась. Их глаза встретились, и девушка смущенно улыбнулась, отводя глаза. Щеки ее покрылись очаровательным румянцем.
- Привет, - негромко произнес Трэвис, входя на кухню. - Как дела, шеф-повар?
Он взъерошил волосы Джошуа, оставляя на макушке мучнистый след. Мальчик радостно заулыбался, тут же начиная сбивчиво пересказывать события дня. Трэвис слушал вполуха, украдкой любуясь порозовевшим лицом Эмили. Ему вдруг нестерпимо захотелось поцеловать ямочки на ее щеках, слизнуть кончиком языка капельку соуса в уголке губ.
Усилием воли подавив наваждение, Трэвис присоединился к готовке. Они дружно накрыли на стол, болтая о пустяках и обмениваясь ничего не значащими улыбками. Трапеза прошла в теплой семейной атмосфере. Джошуа уплетал за обе щеки, нахваливая кулинарные таланты Эмили. Девушка смущенно отнекивалась, но было видно, что похвала ей приятна. Трэвис почти физически ощущал, как между ними троими крепнет невидимая связь, день ото дня становясь все прочнее.
После ужина Эмили засобиралась домой. Трэвис вызвался подвезти, сославшись на поздний час. Всю дорогу они молчали, изредка перебрасываясь ничего не значащими фразами. Воздух в салоне будто искрил от напряжения, но оба старательно делали вид, что ничего не замечают.
Когда машина затормозила у дома Эмили, девушка на миг замешкалась, будто собираясь что-то сказать. Трэвис затаил дыхание, глядя на ее подрагивающие ресницы и приоткрытые губы. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Наконец Эмили тряхнула головой и выдавила:
- Спасибо, что подвез. Увидимся в понедельник.
И быстро выскочила из машины, на ходу роясь в сумочке в поисках ключей. Трэвис проводил ее до подъезда долгим взглядом, всем своим существом желая окликнуть, остановить, сказать что-то важное. Но так и не решился.
Всю обратную дорогу он злился на себя за нерешительность. Корил за упущенный шанс, прокручивал в голове варианты признания. Но стоило вспомнить лучистые глаза Эмили и ее неуверенную улыбку на прощание, как внутри разливалось терпкое предвкушение. Он обязательно наберется смелости. В следующий раз точно не струсит. Ведь теперь Трэвис знал - чувства, что он испытывает к Эмили, куда больше, чем просто симпатия или благодарность. Это была любовь. Настоящая, взрослая, требующая решительных действий.
С этой мыслью Трэвис вернулся домой, где его ждал сладко посапывающий на диване Джошуа, умотанный насыщенным днем. Бережно подхватив племянника на руки, Трэвис отнес его в постель. И, укрывая мальчика одеялом, он впервые за долгое время чувствовал абсолютный покой и уверенность в завтрашнем дне. Теперь у него была настоящая семья. Оставалось лишь набраться храбрости, чтобы эту семью сохранить и приумножить. С Эмили. С любовью всей его жизни.
Этой ночью Трэвис уснул с улыбкой на губах. Ему снилась Эмили в подвенечном платье и маленький Джошуа, торжественно несущий к ним на подносе обручальные кольца. Приглядевшись, Трэвис с удивлением заметил, что вместо колец на атласной подушечке лежат две хоккейные шайбы. Такой странный выбор свадебных символов озадачил Трэвиса, но он решил считать это добрым знаком. Возможно, их с Эмили путь не будет устлан розами и не обойдется без шероховатостей. Но разве легкие победы ценятся так же, как выстраданные? Главное, что он предупрежден и готов встретить любые испытания во всеоружии. С Эмили за спиной ему ничего не страшно. А шайбы... Что ж, они лишь напоминание о том, что хоккей всегда будет неотъемлемой частью его жизни. Как и Эмили с Джошуа.