— Девочка моя! Почему ты такая грустная? Неужели ты совершила этот ужасный поступок, от которого я тебя отговаривала, и выдала малышей стражникам?
Эрика окаменела. Так вот, как черные эльфы узнали, где находятся те, кого они ищут! Но… Вистэр же передумала и вывела их сюда. Без ее помощи ни Эрика, ни дом не смогли бы ориентироваться в катакомбах. Неужели улыбка Нита была так неотразима?
Вистэр не смотрела в сторону тех, кого собиралась выдать на смерть, но в итоге спасла. Вместо этого она сказала:
— Я не сделала этого. Вот они — Эрика, Невея, Нит и дом. Я привела их, как ты и просила меня.
Движение паучи невозможно было отследить, вот она спокойно дремала над своим плетением и вот Эрика уже смотрит в ее глаза. Верхняя половина Змарры, лишенная одежды, была наполнена силой и красотой, которые были украшены только многослойным ожерельем. Нижняя паучья половина была ослепительно белой, словно перед Эрикой был паучи-альбинос.
Змарра приветствовала их:
— Добро пожаловать в мое жилище! Как же я рада, что вы до сих пор свободны!
Нит опередил Эрику, став весело раскачиваться на ее руках. Он что-то верещал, но она не могла разобрать его слова. Тогда голос подала Невея:
— Он хочет к уважаемой паучи.
В ее голосе плескались недоумение и страх. Эльфочка, которая не испугалась черного чудовища, теперь пряталась от дружественного существа, потому что оно было так непохоже на всех, кого она до сих пор видела. Эрика почувствовала свою вину, потому что во многом приравнивала Невею к Ниту, а та нуждалась в особом отношении. Ей нужно было больше рассказывать о том, кого можно было встретить за пределами особняка.
Пусть эльфочка увидит, что паучи не стоит бояться!
Эрика опустила Нита на пол, и тот, не размышляя ни секунды, подбежал к Змарре и обнял одну из ее ног. Выражение лица белой паучи нужно было видеть! Сколько бы она ни пряталась в катакомбах, но обнимали ее слишком давно. Особенно такие малыши…
Не обращая внимания на поведение Нита, как будто это была самая обычная вещь, Эрика спросила:
— А почему Вистэр так хотела от нас избавиться?
— Не вини ее, в конце концов она поступила правильно.
— И мысли не было! Зачем я буду словами уничтожать ее, когда она отлично делает это самостоятельно?
Вистэр вздрогнула и ответила:
— Мой муж служит в центральном замке, который находится далеко в горах. Я не могу наблюдать будущее мужа, но недавно увидела, как пророчество для другого эльфа переплетается с ним.
Эрика осторожно проговорила:
— Что ты увидела?
— Проклятую Эстину, которая стоит на балконе и своим ядом заражает все вокруг. Мой муж подошел к ней, чтобы передать послание, и она чуть его не убила, — голос Вистэр наполнился ужасом, который она уже однажды пережила. — Он сумел выглядеть так жалко, что Эстина ощутила приятные чувства без убийства, и прошла рядом с ним, как смерть, которая передумала забирать свою жертву.
Змарра попыталась ее успокоить:
— Ты все сделала правильно, несмотря на свой страх. Ты победила его!
— Но я же позвала эльфов, которые служат лорду, и теперь они будут знать, что я не выполнила свой долг перед народом.
Вистэр повернулась к Эрике и воскликнула:
— Я хотела отдать вас, чтобы попросить о переводе мужа подальше от Эстины.
— Ты забыла сказать, что твой муж этого не хочет, — добавила Змарра.
— Да, он как сумасшедший! Все время лезет вперед и вызывается передавать послания Эстине, хотя она уже убила больше двадцати черных эльфов. Мой муж абсолютно ее не боится, но мастерски играет роль стражника, чуть не падающего в обморок от страха.
Эрика вступила в разговор:
— Похоже, что он защищает своих товарищей по оружию.
— Да мне плевать! Почему он думает о них, а не обо мне?! Он уже месяц не возвращался домой, потому что берет дополнительные смены, — Вистэр замерла, а потом еле слышно сказала: — Простите меня, что я собиралась подвергнуть опасности ваши жизни, лишь бы спасти того, кто возненавидит меня за это.
— Ты нам помогла, когда мы были совсем одни. Тебе не за что просить просить прощения…
В глазах Вистэр было столько боли, что даже смотреть на это было страшно. Светящаяся нить дотронулась до головы черной эльфийки, которая мгновенно осела на паутину, забывшись крепким сном.
Змарра проговорила:
— Ты прости ее, Эрика. Она, конечно, не права, но большее значение имеет результат — вы спасены и находитесь в моих катакомбах.
— Я совсем не сержусь на нее.
В голове у Эрики раздался мысленный голос дома, в котором смешались гнев и сарказм: