На вой из центральной двери выглянула хозяйка. Как Эрика и предполагала, это была Алона, чьи глаза расширились от удивления. Она спросила разношерстную компанию, которая пришла к ней в гости:
— Я сплю? Или плантация грибов на участке наших соседей опять мусорит своими ядовитыми спорами, раз у меня такие странные галлюцинации?
Эрика ответила с улыбкой:
— Я не раз проходила эту стадию, но ничем помочь тебе не в силах, потому что мы абсолютно точно не снимся. Насчет грибов ничего сказать не могу, потому что еще не сталкивалась с ними.
— Тебе повезло! Когда магические путы ослабевают, грибы иногда прибегают сюда и портят своими зубами все, что не защищено охранными заклинаниями. Кстати, они давно не появлялись. Надо будет обновить…
Алона замолчала, а потом смущенно произнесла:
— Извини, у меня в последнее время так редко бывают собеседники, что я способна теперь заговорить любого. Ты же Эрика? Я правильно помню твое имя?
— Да.
Она тепло улыбнулась:
— Раэль про тебя рассказывал, когда мы обсуждали план моего побега из мира эльфов через врата в его особняке. Но как ты здесь оказалась? С Нитом и молодым волшебным эльфийским деревом?
Эрика вдруг поняла, что Алона ушла из мира эльфов до того, как Невея излечилась, а Эстина раскрыла свою сущность. Сколько всего придется теперь рассказывать!
— Это очень долгая история.
— И я с удовольствием ее послушаю после того, как вы поедите. Я как раз нажарила гору вкуснейших пирожков с рыбным паштетом.
Алона обратилась к кабану, который тихо стоял рядом и внимательно слушал их разговор:
— Халлесан! Огромное тебе спасибо, что проводил моих друзей!
Кабан довольно хрюкнул и потерся пятачком об плечо Нита, причем сделал это очень аккуратно. Тот даже не пошатнулся, что было удивительно, учитывая размеры его нового друга. После этого розово-белая мечта эльфенка расправила свои крылья и на бреющем полете направилась в сторону леса.
Сначала Нит дернулся следом, но быстро передумал. Неужели в эльфенке просыпается голос разума? Или помогло упоминание Алоны о пирожках?
Эрика мысленно задала вопрос дому:
— Халлесан — это имя этого кабана?
— Похоже, что так.
— Неужели он разумный?
— Не уверен… Мышление этого крылатого кабана отличается от всего, что я чувствовал до этого. Его мысли ускользают от меня, но я чувствую, что он чрезвычайно собой доволен.
Вой смолк. Из-за ближайшего хозяйственного строения высунулась чешуйчатая морда, которой, по всей видимости, полагалось охранять двор. Внимательно оглядев гостей, она спряталась обратно. Да уж, охранник из нее получался не самый лучший...
Алона обратилась к Невее и Ниту:
— Заходите в дом! Я вижу, как вы оживились, когда я сказала про пирожки.
Но послушные эльфята перевели взгляды на Эрику, ожидая ее решения. Даже Нит! Этим они растрогали свою няню до слез.
Дом подтвердил очевидное:
— Выбор за тобой: остаться нам здесь или пойти в сторону ближайшего города троллей.
После рассказа о зубастых грибах Эрике как-то не хотелось бродить по здешним дорогам. Пока она размышляла над ответом, Алона вышла из-за двери и подошла к ступенькам. Она тоже была беременна, только ее живот был гораздо больше, чем у Эрики.
Как Алона вообще ходит?! Ей, наверное, совсем скоро рожать...
— Штар, так зовут моего мужа, уехал по делам и вернется только к вечеру, но он тоже будет рад вас видеть.
Эрика засомневалась, стоило ли ей заносить проблемы в дом, полный счастья. Может, грибы не такие уж и страшные?
Алона, скорее всего, заметила сомнение на лице Эрики и поэтому грозно прищурилась:
— Надеюсь, ты сейчас не размышляешь, как вежливо отказаться, потому что волноваться мне нельзя.
— То есть приглашала ты нас из вежливости? На самом деле, это был приказ?
— Виновато мое эльфийское воспитание. У троллей не принято даже спрашивать гостей. Вы бы оказались внутри дома быстрее, чем сумели бы сообразить, хотите ли вы этого или нет.
— Я так понимаю это угроза? — вздохнула Эрика и скомандовала: — Заходим, раз у нас нет выбора!
Невея и Нит радостно ринулись вперед. Хорошо, что за ними поспешила мама Эрики, которая сказала Алоне, поравнявшись с ней:
— Меня зовут Алиса. Вы очень красивая. Если все эльфы такие, то я ослепну, когда попаду в их мир.
Она скрылась в доме, а Эрика тоскливо посмотрела на ступеньки и проговорила:
— Как ты по ним поднимаешься? Тебе же еще тяжелее, чем мне.