— А самое интересное, знаешь, что? — Инга снова закурила. От дыма или нахлынувших чувств, на глазах Юли выступили слезы. — То, что за день до этого у Юрки была обнаружена …ээм … активность или как это называется по-врачебному. То есть, в его карточке было отмечено, что он идет на поправку и может очнуться в любой момент. Вот ему и помогли…
— Ну, привет, Бурундук. — Юра улыбнулся. — Вместо приветствия, Инга уже тебе все выложила.
— Ты еще помнишь это ужасное прозвище? — Юле напряженно улыбнулась.
— Еще бы. Ты так злилась, когда тебя так называли. Юра осторожно развернул коляску и уехал на кухню. — Сейчас вернусь, что-то покажу вам. Извините, девчонки, чая-кофе-потусить не предлагаю, я сам тут только со вчера.
— Шампанского. — Казалось, Инга не расстанется из сигаретой никогда. Раньше такой безумной зависимости Юля не замечала, хоть и общались они не так уж и редко. — Я бы шампанского выпила. Все-таки праздник, что ты, Юрка, очухался.
Юра вернулся через несколько минут со стареньким ноутбуком и кипой бумаг и подъехал к столу. Видно было, что движения даются ему с огромным трудом.
— Юль, я не хотел бы тебя втягивать, но ты уже, я вижу и сама втянулась… Ковальские — опасные люди и я более чем уверен, что та авария, после которой я стал овощебазой, их рук дело.
— Почему … Ты так думаешь?
— Их няньку, Эмму эту, убили. Она не утонула. Утонуло ее тело. Она была мертва, когда попала в реку. Понимаешь?
— У тебя есть доказательства?
— Были. Первый эксперт и пат-анатом подтвердили. Но, о чудо, мать его, Ковальские! Где появляются они, перестает работать закон. Эксперт исчез, как сквозь землю провалился. А пат-анатом на следующий день предоставил совсем другие результаты. Но у меня-то остались те, первые. Если б не авария…
— Как умерла та девушка?
— Ее задушили. Если поднять дело и назначить эксгумацию, все станет ясно.
— В ночь, когда она пропала, ее последними видели гребанные Ковальские. И еще муженек бывший.
— У нее был муж?
— Да. Егор. Тот еще псих. Он-то вообще появился в городе из ниоткуда в день ее гибели. До этого, она от него скрывалась после развода. Самое интересное, что он сейчас у Ковальских работает.
— Егор? Тот самый странный охранник Саши? Ничего не понимаю… — Юля растерянно, по-детски посмотрела на Юру и Ингу. Ей хотелось, чтобы весь этот бред был плохим сном, но не реальностью. Вчера было так хорошо… А сегодня ледяной дождь из фактов и домыслов по спирали возвращал девушку к жестокой реальности.
— Ты и его видела, общалась?
— Да, я же там работаю…
— Прекрасно. — Юра потянулся за пивом, но в последний момент рука вздрогнула и повисла, словно плеть. Такого витиеватого ругательства Юля еще не слышала и поспешила подать бутылку Юре.
— Видишь, во что я превратился? Развалина. На работе мене не восстанавливают и, скорее всего, уже не восстановят. У меня теперь ничего нет… Только правило, что правду должны знать, что закон и справедливость есть… а иначе зачем все это?
Инга раздавила дотлевающую сигарету и подошла к Юре.
— Не раскисай, Зубренок. Ты же крепкий орешек. Выберемся. — Девушка обняла его за плечи.
— Ладно, обо мне потом. Юль, раз ты уже влипла, ты можешь помочь и нам, и себе.
— Как?
— Ты вхожая в дом Ковальских. Ты можешь увидеть и узнать больше, чем я на коляске взаперти.
— Я не уверена, что смогу…
— У тебя выбора нет. Ковальские так просто своих жертв не отпускают. — Инга резко встала. В ее больших красивых глазах блеснули искры. — А ты, блин, сама им в лапы попала, не послушала меня. Теперь так просто не отмажешься. Но можешь помочь Юрке… и мне…И себе.
— Я Инге предложение сделал за месяц до аварии. Мы должны были пожениться. Но Инга — та еще штучка, ей хороший жеребец нужен, а не овощ.
— Придурок, ты Зубр! — Инга забрала бутылку и жадно глотнула пиво.
— Вы… вместе? Я не знала… — Юля растерянно смотрела на обоих. Слишком сложно. Слишком много информации. Не самой простой. Да еще и та ночь вчера… Как теперь быть? Шпионить за Сашей после того, что было? Он похож на неуравновешенного, но не похож на убийцу…
— Если ты не до конца веришь нам, то вот, убедись сама. — Юра протянул вырванный из блокнота листок Юле. — Это адрес матери Эммы. Поговори с ней, узнаешь много интересного о своем работодателе. И будь осторожна, пожалуйста. Потому что я сейчас не в том состоянии, чтобы тебе помочь. А вот он — вполне подойдет. — Юра достал из-под кипы бумаг сверток. Развернув ткань, Юля увидела старый револьвер.
— Что? Зачем мне это?