Комната Есении была рядом с моей, я открыла дверь и вошла. Девочка спала в кроватке. Время было семь утра, как мне сказали она просыпается где-то в восемь, я решила дождаться ее пробуждения. Пока Есения спала, я осмотрела комнату. На игрушки денег не жалели, а вот что с родительским вниманием? Или здесь тот самый случай, когда состоятельные родители компенсируют нехватку внимания игрушками? Интересно, а где ее мать? Да и кольца на пальце Адама Робертовича я не видела. Может он вдовец?
Есения завозилась в кроватке, и я подошла к ней, усаживаясь на пушистый ковер. Девочка была симпатичной, с кукольной внешностью. Она открыла глаза и увидев меня, замерла.
- Привет. – заулыбалась я, боясь, что она может испугаться и заплакать. – Как дела? Меня зовут Ева, я твоя няня.
Я знала из практики, что дети намного умнее, чем кажутся и многие родители считают, что с детьми можно не разговаривать, так как они ничего не понимают, но это было не так. С детьми надо разговаривать. Обязательно! Все они понимают. Вот и сейчас, Есения очень внимательно меня слушала, разглядывая.
- Пойдем умоемся, оденемся и кушать? – спросила я, протягивая руки.
Девочка никак не отреагировала, когда я подняла ее на руки. Она обхватила меня за шею и снова внимательно стала разглядывать. Я прошла с ней в ванную, аккуратно почистила ей зубы, насколько это возможно в ее возрасте, умыла. Каждое действие я сопровождала потешкой или просто рассказывала, что мы делаем. Потом мы вернулись в комнату и открыв шкаф я стала выбирать, что ей надеть. Я выбрала розовые легинсы, в тон к ним футболку, носочки, сандалики, на голове сделала два хвостика, волосы хоть и были короткие, но хвостики сделать было можно.
- Отлично! Теперь пойдем кушать?
Время было двадцать минут девятого. В детском саду у детей всех возрастов завтрак в половине девятого, в режиме дня, который я вчера составила завтрак тоже был в половине девятого. Во сколько до этого ее кормили, я не знала.
Я взяла Есению на руки и только хотела открыть дверь, как та резко открылась. В комнату вошел Адам Робертович. Он окинул меня и Есению у меня на руках взглядом. Есения увидев отца, радостно воскликнула и потянулась к нему. Адам Робертович взял дочь и чмокнув ее в щеку, перевел взгляд на меня.
- Все нормально? – спросил он.
- Ну да. – пожала я плечами.
- Это что? – спросил он, указывая взглядом мне за спину.
Я обернулась.
- Это режим дня. Примерный. – я повесила его на стену возле кроватки.
Адам Робертович подошел ближе и стал читать.
- Сама составила?
- Да. Примерно, как в детском саду. Он составляется в соответствии с возрастными нормами, образовательной программой и санитарными нормами.
- Хорошо. – сказал Адам Робертович снова переводя взгляд на меня.
- Сейчас завтрак?
- Да. Я не знаю во сколько до этого был у Есении завтрак…
- Примерно также. Предупреди Тамару ко скольким ей готовить завтрак, обед, полдник и ужин для Есении.
- Хорошо.
- Пойдем.
Адам Робертович с дочерью на руках спустился вниз, вошел в кухню. Я шла следом. Когда мы вошли, на кухне была Елизавета Эрнестовна, она стояла возле Тамары и что-то ей говорила, даже скорее отчитывала ее. Когда мы вошли, она перевела внимание на нас.
- Завтракать Есении еще рано. - категорично заявила она.
- Не рано. С сегодняшнего дня завтрак у Есении в половине девятого. – также категорично сказал Адам Робертович.
Елизавета Эрнестовна недовольно сжала губы. Адам Робертович усадил дочь в стульчик для кормления. Тамара поставила на стол тарелку с кашей. Я подошла и сев напротив, взяла ложку и стала кормить ребенка.
- Чем собираетесь заниматься с ребенком после завтрака? – спросила Елизавета Эрнестовна, не сводя с меня глаз.
- Поиграем. – неопределенно пожала я плечами.