Возле лестницы я взяла Есению из рук Адама Робертовича на свои руки. Мне надо было помыть ей руки и умыть. Когда мы закончили водные процедуры, пришли в кухню, где Тамара уже налила в тарелку куриный суп, который сварила специально для ребенка. Есения пыталась кушать сама и это у нее практически получалось, я лишь докармливала ее. Я покормила девочку супом, отварным мясом с овощами. Адам Робертович все это время находился в кухне и наблюдал за нами. После обеда я пошла укладывать ее спать.
А после ее сна мы снова с ней гуляли на улице. В этот раз Есения с удовольствием каталась с горки, весело смеясь. Адама Робертовича в этот день я больше не видела.
Глава 7
В мой крепкий сон ворвался звон будильника. Глаза совсем открываться не хотели. Будильник замолчал, а потом снова стал звонить. Да что же это такое! Я открыла глаза. В комнате еще полутемно, это означало, что еще совсем рано. Я встаю в семь утра, Есения просыпается в восемь и часа мне вполне хватает, чтобы привести себя в порядок. Телефон снова зазвенел и я протянув руку взяла его с тумбочки понимая, что это не будильник звонил. На дисплее высветился входящий от мамы. Мое сердце быстро заколотилось в груди, предчувствуя неладное. На часах двадцать минут седьмого, мама никогда не звонила мне в такую рань, значит что-то случилось.
- Да. – приняла я вызов, садясь на кровати и чувствуя, как дрожат мои руки.
- Ева! Наконец-то! – воскликнула мама, - Ну ты и спать здорова! – упрекнула она меня.
- Что случилось? – спросила я, пропуская мимо ушей ее упрек.
- Случилось. У Валеры поджелудочная прихватила. Его по скорой забрали сегодня, в больницу положили.
Я почувствовала, как напряжение покидает мое тело, я потерла лицо ладонью и спросила у мамы:
- Ты звонишь мне в такую рань, чтобы эту новость сообщить?
- Нет, я звоню, потому что мне твоя помощь нужна.
- Какая?
- Мне надо чтобы ты посидела с детьми пока Валера будет лежать в больнице.
- Зачем? – не поняла я.
- В смысле зачем? Затем. Ты понимаешь, что в больнице кормят плохо, мне готовить ему надо и возить еду, также постирать, да и просто с ним там побыть, чтобы ему скучно не было.
- Мама, ты серьезно? – спросила я, не веря своим ушам.
- Конечно серьезно!
- Я вообще-то работаю, мам.
- Возьми выходной.
- У меня выходной один раз в неделю, в воскресенье.
- Отпуск?
- У меня нет отпуска, я только устроилась.
- Что, нельзя ничего придумать?
- Нет.
- Увольняйся тогда с такой работы, зачем такая работа нужна! - возмутилась мама.
- Меня зарплата устраивает.
- Кому она нужна твоя зарплата! От тебя все равно никакой помощи. – начала мама.
Я промолчала. Мама за последние несколько недель позвонила первый раз. И как выяснилось не для того чтобы узнать, как у меня дела, а чтобы я приехала сидеть с ее детьми пока она будет нянчиться с мужем. Меня накрыла обида. Она ведь даже не знает, где я работаю. Она так и не поинтересовалась у меня. В носу защипало.
- Ты всегда была эгоисткой, Ева! Всегда! – заключила мама. – Спасибо за помощь! – сказала она и отключилась.
Я еще некоторое время сидела неподвижно, пялясь в одну точку на стене. Я уже взрослая девочка, самостоятельная, не зависящая ни от кого. Меня не должны так сильно задевать ее слова. Но они задевали. Пора привыкнуть к ее отношению ко мне. Но я не могла. Мне каждый раз невыносимо больно, обидно. Когда я была ребенком, когда был жив папа, мы с мамой часто проводили время вместе. Она обнимала меня, прижимала к себе. Я помню ее объятья, помню их тепло. И мне безумно их не хватает. Почему она так изменилась? Изменилась по отношению ко мне…
Из глаз текли горячие слезы, которые обжигали щеки. Я понимала, что мне надо успокоиться, иначе глаза воспалятся и распухнут. Но я ничего не могла поделать с собой. Из взрослой девушки я снова превратилась в маленькую девочку. Никому не нужную маленькую девочку.