- Ты чего трезвонишь? Детей разбудишь.
Я замерла в ступоре, не ожидая такого приветствия. Мама отступила в сторону, впуская меня в квартиру. Я вошла, разулась и направилась в кухню. Мама вошла следом, включила электрический чайник и повернувшись ко мне, спросила:
- Ты чего в такую рань приехала?
- Как же… С Женей и Дашей посидеть… Как дядь Валера? – я чувствовала себя неловко, как будто я приперлась к незнакомым людям в раннее время.
- А! – махнула мама рукой и отвернулась, доставая из шкафчика две чашки. – Нормально все. Обследовали, назначили лечение и отправили домой. Он накануне жирную скумбрию ел, видимо переел, вот и прихватило его.
Мама все это легко рассказывала, наводя нам чай, а я сидела слушала и не могла поверить. Я весь день вчера мучалась угрызениями совести, а у них все хорошо оказывается. Он просто скумбрии переел. А мне сообщить даже не потрудились. Извиниться за претензии… Во рту снова стало горько. Мама поставила передо мной чашку с чаем достала вазочку с печеньем и сев напротив, произнесла:
- Рассказывай, что у тебя там за работа новая.
Я не обнадеживала себя, что ей действительно интересно. Рассказала вкратце. И почти сразу же убедилась, что была права, ей не очень интересно.
- Смотри, поматросят и бросят тебя. – сделала он неприятный вывод, от которого я покраснела.
- Мама, я там с ребенком сижу. – возразила я.
- Ага… Смотри, чтобы отец этого ребенка, тебе ребенка не сделал.
- Мама!
- Замуж тебе пора, Ева, а не по домам олигархов работы собирать.
- За кого замуж, мам?
- Ну что парней вокруг нет?
- Нет. Нормальных нет.
- Егор вон вернулся к матери. Развелся с женой.
Егор мой сосед, когда-то я была без памяти влюблена в него. Он немного старше меня. Мы даже встречаться начинали, когда он с армии вернулся. Но все резко и быстро закончилось. Вместе с моей влюбленностью.
- Ты хочешь, чтобы я себе в мужья выбрала разведенного мужика с двумя детьми на попечении?
- Уж хоть кого-нибудь выбери… - мама встала со стула и подошла к раковине, чтобы помыть чашку.
Я тоже допила чай. Мама мыла посуду, я сидела за столом. Мы не разговаривали. Я чувствовала себя не в своей тарелке, словно гостья, которой не рады. Домыв чашки, мама стала доставать что-то из холодильника, не обращая на меня внимание. Я встала со стула.
- Я пойду. – сказала я.
Мама обернулась.
- Не забывай, заезжай. – сказала она.
- Ага.
Она проводила меня до входной двери, я обулась.
- Пока. – произнесла я.
- Пока.
Я вышла в подъезд и сразу же услышала звук закрываемой двери и щелчок замка. В груди образовалась огромная дыра. Но вот плакать не хотелось. Надоело… Устала… Да и привыкла, наверное уже… Я вышла из подъезда и остановилась в раздумье, что делать? Возвращаться обратно в дом Адама Робертовича? Мне не хотелось выглядеть глупо. Просила выходной и приехала через час.
Я решила съездить на съемную квартиру, посмотреть все ли там в порядке. А потом посетить торговый центр и пройтись по магазинам, побаловать себя новым платьем или джинсами. И хочу сказать, поход по магазинам пошел мне на пользу. Настроение улучшилось, обида отступила на задний план. Я порадовала себя не только новыми джинсами, но и блузкой по акции. А также зайдя в магазин игрушек купила Есении развивающую игру. У нас такие были в садике и дети с удовольствием играли.
До дома Адама Робертовича от этого торгового центра можно было добраться либо на такси, либо на маршрутном автобусе с пересадкой. Я выбрала второе. Я вышла из маршрутки с большим пакетом и перейдя дорогу, стала ждать нужный мне номер автобуса. Август подходил к концу, уже было не так жарко, но солнце все равно пекло. Я встала под тень остановки. Народу было немного. В ту сторону куда я направляюсь вряд ли кто-то ездит на автобусе. Я вообще не понимала, зачем он туда ходит. Вдруг возле бордюра, прямо возле меня остановилась машина. Я не успела ничего понять, стекло поехало вниз, и я увидела сидящего за рулем Адама Робертовича.
- Здасьте. – поздоровалась я, глядя на него во все глаза.