Господи, какая она глупая и наивная.
- Удачи. – произнесла я и быстро вымыв тарелку, удалилась с кухни.
Мне реально было смешно. Я была уверена, что такого мужчину как Адам Робертович красивым именем не привлечешь. Тем более если для одного оно красивое, то для другого нет. Я вошла в комнату Есении. Адам Робертович и Есения все играли в игру, которую купила я.
- Откуда эта игра? – спросил у меня Адама Робертович.
- Я купила. Она подходит по возрасту и …
- Завтра съездите с Есенией в Детский мир и купите все, что ей надо. – заявил он.
- Хорошо. – согласилась я.
- Собирайтесь. – сказал Адам Робертович, поднимаясь на ноги и выходя из комнаты.
Я одела Есению, взяла с собой комплект сменной одежды, на всякий случай, положила теплую кофту. Спустившись в кухню, я положила перекус для нее, и мы вышли в гостиную, где как оказывается нас уже ждал Адам Робертович.
- Готовы? – спросил он и пропуская нас вперед открыл входную дверь.
Я усадила Есению в детское кресло, которое было установлено на заднем сидении, хотя, когда я ехала в этой машине днем, кресла не было. Пристегнула малышку и усевшись рядом пристегнулась сама. Есения редко выезжала за территорию особняка, поэтому всю дорогу неотрывно смотрела в окно. А я периодически ловила на себе взгляд Адама Робертовича в зеркале заднего вида. И не могла понять его. Но мне было комфортно в такой обстановке, в его присутствии. А дальше я удивилась сильнее. Адам Робертович привез нас в торговый центр, мы поднялись на третий этаж и направились в детский развлекательный комплекс. Оплатив абонемент, мы направились внутрь, где нас ждали бассейны с тысячами шариков. А также горки, батуты и другие развлекательные аттракционы. Есении это прям все зашло. Она неугомонно бегала от одного аттракциона к другому, выбрав в свои сопровождающие меня. Спустя час я поняла, что у меня по спине пот ручьем течет, но я была довольна не меньше, чем малышка. Адам Робертович пытался переключить внимание дочери на себя, но Есения его туже возвращала мне. А мне было это очень приятно, и я отдавала себя на всю, радуясь эмоциям ребенка. Поужинали мы в кафе. Адам Робертович заказал для дочери детское меню, а для нас плотный сытный ужин. Домой мы возвращались довольные и уставшие. Есения уснула в дороге, а когда мы приехали я взяла ее на руки и понесла в дом. Я донесла малышку до комнаты, осторожно, чтобы не разбудить переодела и уложила в кроватку. Я даже не заметила, что все это время за мной наблюдал Адам Робертович. Когда Есения уснула, и я решила покинуть комнату испугалась, увидев силуэт в отображении ночной лампы.
- Тише… - Произнес Адам Робертович, - Это я.
И от этого «я» так спокойно на душе стало… Неправильно спокойно. Я прошла вперед и прикоснулась к его груди, спонтанно, не ожидая сама от себя такого действия, и почувствовала дрожь с обратной стороны. Мгновение, что-то волшебное… но потом он отстранился…
- Иди спать, Ева… - произнес он.
Я почувствовала, что, между нами, будто стена выросла, я сделала шаг назад, стало стыдно за спонтанный порыв. Развернулась и вышла из комнаты Есении, сразу прошла в свою комнату. А там, закрыв дверь, прислонилась к ней спиной и стала себя ругать. Зачем? Зачем я прикоснулась к нему? Это не в какие рамки не лезет. Днем над Каролиной-Машей смеялась, а спустя несколько часов сама творю черти что! Надо будет извиниться. Точно! Завтра же извинюсь перед ним.
От этого решения мне стало немного легче. Я приняла быстрый душ и завалилась спать. День сегодня у меня был насыщенный, переполненный эмоциями. Наверное, из-за этого под вечер и стала творить глупости.
Глава 10
А утром вся моя решимость испарилась. Мне снова стало стыдно за свой поступок, я снова не находила себе места. Думала о том, что может подумать обо мне Адам Робертович. Вдруг он решит, что я устроилась сюда работать из-за него, вдруг он подумает, что я охотница на богатых мужчин. От этих мыслей я совсем не находила себе места. Я же работала в детском саду. Работала с большим количеством пап, дядь, крестных… Естественно иногда кто-то из них проявлял внимание, но я всегда держала дистанцию. Ни разу не позволила себе ничего лишнего. А тут сама не поняла, как могло такое произойти. И еще вчера я не хотела себе признаваться, а сегодня уже не было смысла врать самой себе, я ждала, что Адам Робертович меня поцелует. И очень этого хотела. Вчера хотела. Сегодня естественно благоразумие взяло верх, и я понимаю, что поступила вчера глупо и теперь этот поступок может сказаться на мнении обо мне моего работодателя.