В машине мы играли в пальчиковые игры, которые очень нравились Есении. До дома доехали быстро и в хорошем настроении. Из машины выходили весело смеясь. Войдя в дом, сняли верхнюю одежду, обувь и взявшись за руки прошли в гостиную проговаривая веселый стишок. Но в гостиной я резко остановилась, Есения удивленно посмотрела на меня.
А я смотрела на девушку, сидящую в кресле с сигаретой в руке. Возле нее стоял Анатолий, взгляд у него был напряженный. Девушка была немного старше меня. Но очень красивой, белые длинные волосы, густые ресницы, красивая линия бровей, пухлые губы. На ней были очень узкие брюки и красивый розовый пуловер. Она отчитывала за что-то Анатолия, вальяжно развалившись в кресле. Есения что-то произнесла, и мы привлекли ее внимание, она посмотрела на нас.
- А вот и моя дочь. – произнесла девушка.
Дочь? Это мама Есении? В груди что-то шевельнулось похожее на ревность. Мне не нравилась эта девушка, с первого взгляда. Несмотря на привлекательную внешность было в ней что-то отталкивающее, а еще ее глаза. Стеклянные. Есения прижалась к моей ноге и наклонившись я взяла ее на руки. Девушка встала с кресла и сделала шаг к нам.
- Иди к мамочке, крошка. – произнесла она, протягивая руки.
Малышка прижалась ко мне еще сильнее, я чувствовала, как бьется ее маленькое сердечко, а еще я поняла, что малышка боится. В эту же секунду девушка потеряла интерес к ребенку и стала нагло рассматривать меня.
- Хм. – произнесла она, наклоняя голову набок. – Ты в его вкусе. Он тебя уже трахнул?
Я опешила от ее вопроса, понимая, о чем она говорит. Мои щеки залил румянец, я посмотрела на Анатолия, который говорил по телефону и надеялась, что он не слышал вопроса этой ненормальной. А она явно была ненормальной. У нормального человека не может быть таких невменяемых глаз. Она сделала шаг вперед, Есения сжалась у меня в руках и честно мне самой стало не по себе. Мне казалось, что она в любой момент сорвется с места и кинется на нас.
- Или вы давно трахаетесь, поэтому он и взял тебя сидеть с дочерью?
Она снова перевела взгляд на Есению.
- Иди сюда. – протянула она руки, но Есения отвернулась от матери, чем разозлила ее.
- Дай ее сюда! – зло произнесла она, делая еще один шаг вперед.
Я инстинктивно попятилась, готовясь бежать. Я ни за что не отдам ребенка этой сумасшедшей. Но сделав шаг, я во что-то уперлась и сразу же почувствовала теплую ладонь на своем животе. Обернувшись, я встретилась взглядом с Адамом Робертовичем. Сделав шаг назад, я прямиком к нему в объятия шагнула. Мы так и стояли несколько секунд, не двигаясь.
- А вот и мой любимый явился. – произнесла девица, широко улыбаясь.
Но улыбка была неестественной, глаза стали еще более стеклянные.
- Идите на верх. – произнес Адам Робертович, чуть склонившись к моему уху, обдав меня теплом своего дыхания.
По коже мурашки побежали, когда моих рецепторов коснулся запах его парфюма. Я сглотнула, прогоняя наваждение, кивнула и обходя девицу по диагонали на большом расстоянии, приблизилась к лестнице. С Есенией на руках я поднялась на верх и когда вошли в детскую комнату, перевела дыхание.
- Так вот какая твоя мама. – произнесла я, глядя на притихшую девочку.
Глава 12
Около часа мы пробыли с Есенией в ее комнате. Я отвлекла малышку, заинтересовав игрой и уже через некоторое время она весело смеялась, забыв о встрече с родной матерью. А я не могла так легко отвлечься и переключиться. Была словно вся на иголках, ждала, что в комнату войдет Адам Робертович.
Время приблизилось к обеду, Есению было пора кормить и укладывать на дневной сон, она уже во всю терла глазки. Мы быстро собрали игрушки и вышли из комнаты, подойдя к краю лестницы я взяла малышку на руки и остановилась, прислушиваясь. Ничего. Тишина. С девочкой на руках я спустилась вниз, в гостиной никого не оказалось, меня распирало любопытство. Я как можно тише прошла по коридору, ведущему к кабинету Адама Робертовича. Остановилась. Тоже тишина. Дверь кабинета плотно закрыта, не слышно никаких звуков или голосов. Я пошла обратно.