– Что такое, малыш? – шепчу я и чешу его за ухом, когда к нам наконец подъезжает служебная машина.
Он в ответ лижет берц там, где болит. Явно нервничает. Ему давно пора витамины пропить, может, в этом дело? С зарплаты нужно выделить денег.
На следующее утро добираюсь с остановки домой прихрамывая и глубоко в мыслях об этих странных звонках, фальшивых закладках и клоуне с краской. Мне не по себе.
На пустынной улице замечаю прохожего. В такую рань я очень редко встречаю кого-то у нас в окрестностях, а этот стоит под навесом, спиной ко мне. Но кроссовки на нем все те же – яркие, фирменные и дорогие. Такие здесь не носят.
Что-то щелкает в голове, когда он озирается и, увидев меня, делает вид, что подкуривает. Неумело так – не может справиться с ветром.
Вприпрыжку настигаю его и громко здороваюсь. Парень пытается отмахнуться, но я могу быть настойчивой.
– Что вам нужно? – спрашивает тот чересчур вежливо.
Я подпираю руками бока.
– Звони ему, – выдаю уверенно, хотя у самой от сомнений поджилки трясутся.
Я могу ошибаться. Рискую слишком много на себя взять. Горский может быть здесь совершенно ни при чем. Но почему-то же Лида ходит как в воду опущенная! Почему-то след ее жуткого дружка простыл!
Не верю до конца, когда требую у незнакомца набрать номер Никиты. Но опустившиеся плечи парня и рука, что достает из кармана телефон, доказывают – я права.
Глава 12
Никита
– Может быть, оставишь меня в покое? – слышу в динамиках требовательный голос.
Я делаю громче на руле и улыбаюсь. Раскусила даже быстрее, чем думал, но я бы в любом случае без защиты ее не оставил. Она, конечно, сильная, только, прежде всего, девчонка.
– Знаешь, – продолжает она болтать будто бы с издевкой, – я без тебя как-то справлялась раньше и сейчас справлюсь.
Я как раз выезжаю со двора в бассейн на тренировку. Мне некогда слушать ее, но я слушаю.
– Заметил, – отвечаю спокойно.
– Зачем ты это делаешь?
Голос Рады звучит нетерпеливо и даже сердито. Но за всем должен быть интерес. Иначе она бы не вела бессмысленную беседу, а просто послала меня.
– Если я это делаю, значит, причины есть.
– А подробнее?
Усмехаюсь, отвлекаясь опасный поворот. Разворачиваюсь и только после отвечаю по громкой связи.
– Это очевидно. Я отправил твоего соседа восвояси. Он вроде бы и понял, но может захотеть вернуться. Это ради твоей безопасности. Дима присмотрит за тобой.
– Дима – тупой валенок, я раскусила его еще вчера. Пусть больше не надевает на задания выпендрежную одежду.
– С Димой я разберусь.
Рада перебивает.
– Блин, ты вообще понимаешь, что приставил слежку к сотруднику полиции?
Меня уже откровенно забавляет разговор, но девчонка резко меняет тон.
– Не нужно, – просит тише. – Я буду тебе должна. А я не хочу чувствовать себя обязанной.
Слова бьют неожиданно сильно. Я резко давлю по тормозам и останавливаюсь на перекрестке. Сзади сигналят, я жму на гудок в ответ.
– Я делаю это просто как друг, – говорю тверже, чем следует.
Тишина нервирует. Я гипнотизирую красный сигнал светофора.
– Как друг, – странно смакует девчонка. – Мы не друзья.
Следом раздаются гудки, связь обрывается. Я так и стою на месте, хотя уже горит зеленый. Нетерпеливый водила обгоняет, покрывает матом. Переключаю скорость и начинаю плавно двигаться вперед, но с каждым десятком метров еду быстрее. Злость бурным потоком заполняет изнутри.
Вот какого черта, а? Мне же от нее ничего не надо!
Когда на дисплее компьютера снова загорается номер Димы, отвечаю сразу.
– Да?
Вместо голоса девчонки слышу другой.
– А мне что делать, Никита Игоревич?
Придурок. После случая на юбилее отец заключил контракт с крупным охранным агентством. Я попросил выделить мне сотрудника, но срочно и без подробного обоснования причин сумели дать лишь стажера. Я знал, что он тугой, но не настолько же.
До бассейна остается минут пять дороги. Я думаю, думаю.
– Никита Игоревич, вы…
– Да слышу!
Парень затыкается, а я принимаю решение.
– Сделай так, чтобы ублюдок больше туда не сунулся. И вали.
Если она просит оставить ее в покое, так и сделаю. Я не привык помогать тем, кто эту помощь отрицает. Бесполезное занятие.
– Кнут или пряник? – спрашивает Дима.
– Все, что понадобится.
– После будут какие-то распоряжения?
– Больше ничего, ты свободен.