Я присмотрелся. Судя по морщинам, знойной красотке не так давно стукнуло восемьдесят.
— Зато опытная! — рассудил Лёха и зевнул во весь рот. — Ладно, давай закончим со всей этой мутотенью и спать пойдём.
И мы снова вошли в здание конторы.
***
— Так, здесь и здесь, подписывай.
Полненькая женщина с начёсом подвинула ко мне бланк договора. Возле моей фамилии, в самом конце документа, стояла размашистая галочка.
— А прочитать-то можно?
Вместо ответа женщина только фыркнула.
Я бегло пробежался по мелким, напечатанным, должно быть, ещё на печатной машинке, строкам.
— И это моя зарплата, серьёзно?!
— Если вас что-то не устраивает, молодой человек, можете обсудить с председателем. — отрезала тётенька и злобно сверкнула глазами. — Скоро он закончит с вашим другом и, думаю, с радостью займётся вами.
Буквы оказались настолько мелкими, что расплывались перед глазами. Ладно, чёрт с ним! Размашисто подписавшись, передал документы женщине. Та довольно крякнула и спрятала их в стол, уставившись на меня невыразительным рыбьим взглядом.
— Всё, можете быть свободны.
— Эм… А копию не отдадите?
— Зачем?
— Ну… Мало ли… Чтобы знать условия труда.
— Зачем?
— На всякий случай. Вдруг они будут нарушаться — я тогда смогу уволиться.
Женщина с начёсом насмешливо фыркнула.
— Вот ещё. У нас никто не увольнялся.
Я даже поперхнулся.
— Что, никогда?
Женщина открыла рот, чтобы ответить, но тут за моей спиной скрипнула дверь.
— Артём, вас директор к себе вызывает… — томно вздохнула Лена. — Немедленно.
***
В приёмной председателя меня встретил улыбающийся как дебил Лёха.
— О, Тёма! Ты давай, входи, не бойся. Андреич классный мужик!
— Угу. — проворчал я, не до конца понимая причину такого воодушевления. — Только подожди меня, окей?
— Не волнуйся, он подождёт… — прошептала стоящая позади секретарша и, кажется, облизнулась.
Вздохнув, я толкнул дверь кабинета и вошёл внутрь.
— Здравствуй, здравствуй, Артём, ещё раз! — радушно пробасил Марьян Андреевич, потирая ладони. — Ну входи, раз пришёл, усаживайся.
Из-за опущенных штор пробивался рассеянный свет. Прямо передо мной торчал огромный стол для совещаний, в углу стоял флаг на подставке, на стене висел герб. Противоположную стену занимал огромный книжный шкаф. Воздух пах пылью и запустением, казалось это комната музея, а не рабочее место. Слабо чихнув, я умостился на ближайшем стуле и уставился на председателя, возвышающегося на фоне окна.
— Ну вот и славно... — заключил Марьян Андреевич, продолжая теребить ладони. — Послушай, я хотел бы обсудить твоё будущее.
Мой живот громко заворчал, но председатель, кажется, не обратил на это внимания.
— Артём, скажи, как тебе Нытарь?
— Эм… — пробормотал я, стараясь не смотреть собеседнику в глаза. — Ну… природа красивая…
— Точно! — радостно крякнул Марьян Андреевич, опускаясь на стул, стоящий по другую сторону стола. Его ладони, теперь лежащие поверх столешницы, по-прежнему непрерывно потирали друг друга. — Природа — сказка! Знал бы ты, сколько в лесу грибов да ягод, ух! Скажу по секрету: мы, все местные, только лесом и кормимся. Точнее, он нас кормит. Кхм... Но тебе туда нельзя ходить!
Сказано это было настолько посерьёзневшим голосом, что я даже поперхнулся от неожиданности.
— Это почему?
— Предписание МЧС, боремся с пожарами. — улыбнулся холодной улыбкой председатель. — А угощение как? Понравилось? Твой друг, вот, нахваливал.
Я попытался ответить, но вместо слов с губ слетела сжатая отрыжка.
— Ой, простите.
— Ничего, бывает! — отмахнулся председатель. — Это от пирожков. Так всегда первое время, потом привыкаешь. Это, кстати, жена моя делала. Из даров леса. Вы кушайте, кушайте. Попозже ещё занесём. И настойку пейте, не стесняйтесь. Это древний Нытарский рецепт. Очень помогает мысли в порядок привести. Тоже на лесных травах настоян, кстати.
Председатель вперился в меня долгим тяжёлым взглядом.
— Эм… — пробормотал я, не до конца понимая, как должен реагировать. — Вы же говорили, что в лес нельзя.
— Да, точно! — хлопнул в ладоши председатель. — Тебе нельзя! Так что скажешь: хотелось бы тебе в Нытари остаться? Ты представь, какие перспективы! Лет через двадцать, возможно, станешь главным специалистом!
Прежде чем ответить, я вздохнул, старательно сдерживая рвущийся из желудка газ. Разговор, кажется, предстоял долгий.
***
— Лёха, пойдём!
Раскрасневшийся товарищ вынырнул из объятий секретарши и уставился на меня осоловевшим взглядом.
-А?
— Пойдём, говорю!
— Да-да! — добавил выглянувший из-за моей спины председатель. — Леночка, рабочий день в разгаре! Устраивайте личную жизнь после работы!