В бедственной бездне
Подземной тьмы
Прародитель рода абаасы,
Родившийся в облезлой дохе
Исполин Арсан Дуолай
И страшная старуха его —
Ала Буурай Хотун,
С деревянной колодкою на ногах
Появившаяся на свет,
Крикнули черным своим парням,
Кривоголовым своим сыновьям,
Приказали своим дочерям,
Прокаженным девкам своим:
— Эй вы, парни, девки,
Ступайте скорей,
Выкарабкайтесь наверх,
Высуньтесь из провалов глухих,
Выгляните из пропастей,
Разузнайте, разведайте все —
Что творится там наверху
На глинистой основной земле,
Отчего трясется
Вся толща ее?
Чьи тяжелые ноги там
Грохочут над нашею головой,
Чьи железные топают торбаса,
Колебля каменный свод,
Потрясая весь Нижний мир? —
Так вот, — рассказывали в старину, —
Встревоженные в твердыне своей,
Грозные владыки
Подземных бездн
Голосами громовыми в темноте
Приказывали отродьям своим…
А беда все больше росла.
Колебался бедственный Нижний мир,
Качались опоры его,
Трещали укрепы его;
Взбаламутилась бездна, словно вода
В берестяном ведре.
Средняя бедственная земля
Трещала, качалась, тряслась,
Раскалываться пошла
Трещинами во всю свою ширь…
Ревущая круча бурных небес
Расплескивалась, как вода в турсуке.
Гулко звенящее
Верхнее небо,
Всей блестящей ширью своей
Омрачилось,
Вскоробливаться пошло.
А над мрачной долиной Онолутта,
Из-под грузно топочущих ног
Дерущихся богатырей
Вихрем взлетали глыбы камней
С быка трехлетнего величиной.
Необъятное разумом
Бедствие шло,
Небывалое несчастье стряслось…
Женщины беременные до поры,
Упав на колени,
Стали рожать…
Коровы стельные на лугах
Выкидывали недоносков-телят,
Жеребые кобылицы в степях,
Табунившиеся на речных берегах,
Выкидывали жеребят…
Потомству людей,
Потомству зверей
Всеобщий конец грозил!..
Парни, девки
Верхних абаасы,
Нагнувшись с кручи
Буйных небес,
Ничего не могли разглядеть,
Камни в лица летели им,
Вышибали у них
Единственный глаз,
С воплем, визгом
Кинулись прочь они,
Полетели на гребень
Свирепых небес,
К прародителям страшным своим.
Парни, девки
Нижних абаасы,
Выглянувшие из провалов своих,
С визгом и воем
Бросились вниз,
Спрятались от града камней
В подземную пропасть
На темное дно.
В Верхнем мире — переполох,
Рев стоголосый: — Беда! —
В Нижнем мире — шум, беготня,
Суматоха, крик:
— Абытай-халахай! —
В Среднем мире —
Ужас и плач:
— Где укрыться?
— Куда бежать?
Всем конец, видать!..
Всем нам пропадать! —
Восседающий на хребте
Высоких белых небес
На лучисто-молочном камне своем,
Престарелый Юрюнг Аар Тойон,
В шапке из трех соболей,
Чье дыханье — нежный зной,
Услыхав небывалый переполох,
Стал Дыылга Тойона просить,
Чтобы тот приказал троим
Небесным богатырям
Дерущихся исполинов разнять,
Или обоих скорей прогнать
С глинистой средней земли;
Если мириться не захотят,
Обоих арканом скрутить
И насильно перенести
На склон Золотой горы,
Где солнце рождается поутру,
На серебряный гребень горы,
Где месяц рождается ввечеру, —
Там пускай продолжают бой!..
СТИХ 235