Нюргун Боотур Стремительный

Непрерывное дыханье мое
В безотзывной тьме
Прерывалось порой,
В безмерной муке, в тоске,
Бессмертное дыханье мое
Замирало и оживало вновь…
Смерть голодную
В песню я превратил,
Погибель студеную я воспел…

Отслужу тебе службой любой,
Сильным буду твоим слугой;
Сена гору за лето накошу
Всем рогатым коровам твоим,
Гору дров в лесу припасу,
Чтоб огонь не гас в твоем очаге!
Дозорным буду твоим
Пастухом — стада твои охранять,
Проворным табунщиком буду твоим
Коней в косяки сбивать,
Жеребят двухлетних
В варок загонять,
На телят намородники надевать…
Просторные хлевы твои
Буду в чистоте я держать;
Не найдешь работника лучше меня —
Я сильнее вола,
Я быстрее коня.
Только выбраться мне помоги,
Выкарабкаться на свет,
Вытяни меня, подыми
Из погибельной глубины! —

Так грохочущим голосом говорил,
Тяжело повиснув на богатыре,
Железный тот человек.

И подумал Юрюнг Уолан:
«Пожалуй, если его оттолкну, —
Поди, мол, прочь от меня! —
Если по-доброму не приму
Складно обузданные его,
Ладно оседланные слова,
Если отвергну разумную речь,
Может быть, лучшего из людей,
Поклявшегося мне верно служить,
Просящего помощи у меня,
Если я оторву его от себя,
Брошу его в беде,
Позор падет на меня,
Поносить будут имя мое
Три племени в трех великих мирах…»

Так подумал Юрюнг Уолан
И железному человеку сказал:
— Если хочешь выйти со мной, выходи! —

Долго ль, скоро ли подымались они,
Выкарабкались, наконец,
Вышли на поверхность земли;
Взглянул Юрюнг Уолан
На спутника своего,
Видит — кованый, звонкий пред ним,
Как трехзубая острога,
Адьарай железный стоит,
Раскатисто говорит.