«Около 10.15 по телефону был сделан запрос, личным представителем уполномоченного службы безопасности в Париже оберштурмфюрера СС доктора Шмидта флагману военно-морского флота. В нем запрашивалось разрешение об отсрочке расстрела, так как допрос еще не был окончен.
После консультации с начальником оперативного штаба службе безопасности было предложено получить санкцию непосредственно из штаба.
18.20. Представитель службы безопасности в Бордо ходатайствовал перед вышестоящим отделом службы безопасности, находящимся при ставке фюрера, об отсрочке расстрела на 3 дня.
Допрос продолжался».
На следующий день, 11 декабря 1942 года:
«Расстрел двух военнопленных был произведен по приказу фюрера воинским подразделением, численность — 1 офицер, 16 рядовых, находящимся в распоряжении военно-морского коменданта Бордо в присутствии офицера службы СД».
На полях имеется пометка, сделанная зеленым карандашом, против этой записи, которая гласит: «Это должна была сделать служба безопасности. В будущем звоните флагману в таких случаях».
Трибунал заметит из документа С-176, что первые два храбреца за участие в операции а Бордо были расстреляны воинской частью военно-морского флота 11 декабря 1942 года. Этими людьми были: сержант Уоллис и морской пехотинец Эвард, которые имели несчастье быть захваченными 8 декабря 1942 года в начале этой операции.
Представляют интерес комментарии военно-морского штаба по случаю этого расстрела, которые имеются в документе Д-658.
Председатель: Что означают последние две строки в документе С-176, где говорится, что условия «особенно благоприятствовали» операции?
Джонс: «Условия погоды и темная ночь особенно благоприятствовали проведению операции».
По-видимому, это относится к операции командос, которые сумели успешно взорвать целый ряд германских кораблей в порту Бордо. С другой стороны, как мне сказал офицер военно-морского флота, который помогает мне, здесь речь идет, возможно, об условиях, при которых были расстреляны эти два солдата.
Председатель: Я считал бы, что это именно так.
Джонс: Я остаюсь при своем мнении, несмотря на поправку британского офицера военно-морского флота.
Председатель: Не является ли это указанием на то, что расстрел был произведен моряками?
Джонс: Расстрел в действительности был произведен, как это доказывает запись от 11 декабря, командой моряков из числа подразделений моряков, находившихся в распоряжении военно-морского коменданта в Бордо.
Я хотел бы обратить внимание Трибунала на комментарии военно-морского штаба по случаю этого расстрела, о чем говорится в документе Д-658, 66-229, на странице 109. Здесь говорится:
«Командующий военно-морским флотом в Западной Франции докладывает, что в течение дня были обнаружены взрывчатые вещества с магнитными приспособлениями для их прикрепления, карты устья Жиронды, сделанные с самолета, фотографии портовых сооружений Бордо, различные маскировочные материалы, пища и вода на несколько дней. Попытки спасти эту лодку окончились неудачей. Командующий военно-морским флотом в Западной Франции приказал расстрелять немедленно обоих солдат за попытку совершить диверсию, если их допрос, который уже начался, подтвердит первоначальные сведения. Однако их расстрел был отложен с целью получить больше сведений.
Согласно докладу германских вооруженных сил, оба солдата тем временем были расстреляны. Эта мера была осуществлена в соответствии с особым приказом фюрера. Но тем не менее это является чем-то новым в международном праве потому, что солдаты были одеты в военную форму».
Таким образом, я утверждаю, что эта последняя фраза доказывает вполне ясно, что высшее командование военно-морского флота во главе с Редером считало подчинение нацистскому заговору более важным, чем моральные принципы или профессиональная честь и честность. Я утверждаю, что расстрел двух командос был не актом войны, а убийством двух храбрых мужчин.
Именно на этой мрачной ноте я приступаю к обязанности суммировать эту часть обвинения против подсудимого Редера.
Обвинение утверждает, что он не был только военной марионеткой, которая слепо выполняла политические приказы. Трибунал узнал, что до прихода нацистов к власти Редер активно работал за спиной рейхстага для того, чтобы восстановить германский военно-морской флот. Когда нацисты пришли к власти, он целиком присоединился к ним. Он был главной пружиной того, что присяга германского военно-морского флота превратилась в присягу верности нацистской партии. Этот подсудимый был членом тайных правительственных советов нацистов, как и другие подсудимые. Он был членом их главных совещательных политических органов, был хорошо осведомлен об их агрессивных планах и содействовал их осуществлению не только в качестве военно-технического специалиста, но также как и лживый политический деятель. Он, как я уже утверждал, способствовал распространению их жестоких методов ведения войны.