Председатель: Хорошо, если Вы считаете, что сам факт занятия им этих постов не говорит об этом?
Мельтцер: Подсудимый Функ на допросе, проведенном 4 июня 1945 года, признал, как я уже сказал, что он помогал финансировать эту выборную кампанию в критический период.
Председатель: Видите ли, лейтенант Мельтцер, перечень, который Вы так любезно нам представили, показывает, что он помогал захвату власти. Почти все пункты на первой странице, которые он сам признает, являются доказательством того, что он способствовал захвату власти. Вы собираетесь доказать, что он также помогал собирать средства? Способствование захвату власти само по себе не является преступлением. Это только шаг к нему.
Мельтцер: Хорошо, Ваша честь. Есть, однако, один аспект в его деятельности в этой области, на котором я хотел бы остановиться. А именно: в связи со своей деятельностью по сбору средств он участвовал на совещании в Берлине в начале 1933 года.
Я ссылаюсь на документ, в котором говорится, что происходило на этом совещании, для того, чтобы показать, что в ходе этого совещания Гитлер и Геринг изложили некоторые основные положения нацистской программы. Протокол этого совещания находится в нашем документе ПС-2828, который Вы найдете на странице 28-й книги документов. Я хочу зачитать следующие вопрос и ответ.
«Вопрос: Примерно в 1933 году, как нам сообщили, некоторые промышленники участвовали в совещании в доме Геринга перед выборами в марте. Знаете ли Вы об этом что-нибудь?
Ответ: Я присутствовал на этом совещании. Денег требовал не Геринг, а Шахт. Гитлер вышел из комнаты, и Шахт произнес речь, прося денег для проведения выборной кампании. Я присутствовал там как беспристрастный свидетель, поскольку я был в дружественных отношениях с промышленниками».
Характер и значение работы Функа с крупными промышленниками подчеркнуты в его биографии, о которой я уже говорил. Я хочу обратить внимание суда на соответствующие страницы этой книги. Это страницы 83—84.
Председатель: Я не понимаю, зачем Вы зачитали этот абзац? Если Вы хотели показать, что он был на этом совещании, было достаточно это просто сказать. Я не думаю, что те две фразы, которые Вы прочитали, были в какой-либо степени полезны нам.
Мельтцер: Господа судьи, эти две фразы относятся не к совещанию. Эти фразы относятся к биографии, которая суммирует общий вклад, внесенный подсудимым Функом в дело прихода нацистов к власти. Я зачитаю их, так как думаю, что Трибуналу будет интересно познакомиться с точкой зрения немецкого писателя относительно этой стороны карьеры подсудимого Функа.
Председатель: Мне кажется, что Вы имели в виду совещание.
Мельтцер: Господа судьи, я обращаю ваше внимание на страницы 32 и 33 книги документов и для того, чтобы разъяснить этот вопрос. Я прошу разрешения коротко остановиться на выдержках из биографии:
«Не менее важное значение, чем работа Функа в области создания программы в 1931—1932 гг., имела его деятельность в качестве связного между фюрером и руководителями германской промышленности, торговли, внешней торговли и финансов. В связи с его прошлой деятельностью его личные связи с экономическими руководителями были широки и многообразны. Он мог теперь привлечь их на службу Гитлеру и не только авторитетно отвечать на их вопросы, но также убедить их и завоевать их поддержку для партии. Для того времени это была очень важная работа. Каждый успех, достигнутый в этом вопросе, означал моральное, политическое и экономическое усиление боевых сил партии и помогал уничтожить предрассудок о том, что национал-социалистское движение является только, партией классовой ненависти и классовой борьбы».
Председатель: Я вновь заявляю, что это ни в какой степени не может помочь работе Трибунала.
Мельтцер: После того, как Функ помог Гитлеру стать канцлером в качестве руководителя прессы германского правительства, он принимал участие в первых заседаниях кабинета, на которых заговорщики планировали стратегию, с помощью которой они собирались обеспечить принятие президентского декрета о чрезвычайном положении, утвержденного 24 марта 1933 года. О присутствии Функа на этих совещаниях говорится в документе ПС-2962, США-656, который уже был представлен в качестве доказательства.
Ваша честь! Вы помните, что этот декрет означал фактически захват политической власти в Германии.
Вскоре после этого Функ занял важный пост в министерстве пропаганды. Исторические материалы показывают, что это министерство стало одним из самых важных и самых преступных нацистских учреждений и что пропаганда сыграла очень большую роль в проведении нацистской программы внутри Германии и за ее пределами.