В отношении Франции общие приказы Кейтеля были применены генералом Штюльпнагелем в его приказе от 30 сентября 1941 г., который известен во Франции под названием «Кодекс заложников».
Приказ от 30 сентября 1941 г. является существенным для того, чтобы осветить обстоятельства, при которых производился расстрел французских заложников. Я оглашу этот документ, представляемый под номером РФ-274:
«22 августа 1941 г. я опубликовал следующее сообщение:
Утром 21 августа 1941 г. в Париже немецкий военнослужащий пал жертвой покушения. Я поэтому приказываю:
1. Чтобы французы, в настоящее время по любой причине задержанные немецкими властями или по их распоряжению, с 23 августа считались заложниками.
2. Некоторое число из этих заложников будет расстреляно в зависимости от серьезности совершения действий.
19 сентября 1941 г. я приказал послать ноту послу французского правительства при немецком главнокомандующем во Франции, что с 19 сентября 1941 г. все французы мужского пола, которые находятся под арестом за коммунистическую или анархическую деятельность или которые в дальнейшем будут арестованы, должны будут задерживаться и подвергаться аресту французской администрацией; одновременно аресты будут производиться и по приказу немецкого главнокомандующего во Франции.
На основании моей ноты от 22 августа 1941 г. и моего приказа от 19 сентября 1941 г. следующие группы или лица будут считаться заложниками:
а) французы, которые в настоящее время задержаны немецкими властями по любым причинам, например, лица, арестованные полицией, лица, находящиеся в превентивном заключении, лица, отбывающие наказание;
b) французы, которые задерживаются во Франции французскими властями по требованию немецких властей; сюда относятся:
aa) французы, которые арестованы французскими властями за анархическую или коммунистическую деятельность;
bb) французы, которые будут отбывать наказание — лишение свободы — под контролем французских властей по требованию немецких военных трибуналов;
cc) французы, которые по требованию немецких властей были арестованы французскими властями или будут находиться под арестом или будут передаваться французским властям немецкими властями с целью содержания их под арестом.
c) лица, не имеющие гражданства, которые достаточно долго живут во Франции, будут считаться французами в смысле моей прокламации от 22 августа 1941 г.
3. Освобождение из-под стражи.
Лица, которые не находились под арестом к 22 августа и к 19 сентября 1941 г., но которые были арестованы позднее и к которым ранее указанные определения не относятся, не включаются в число заложников.
Освобождение лиц, отбывающих наказание, по истечении срока наказания или по всяким другим причинам не будет приостанавливаться в связи с моим объявлением от 22 августа 1941 г. Освобожденные лица не могут быть взяты в качестве заложников. Те, кто находится под арестом у французских властей за коммунистическую или анархическую деятельность, могут освобождаться, как я уже сообщал французскому правительству, только с моего согласия.
В конце этого параграфа вы прочитаете следующие:
«Из тех групп французов, которых немецкое командование найдет для этого подходящими, можно будет в случае какого-либо инцидента составлять списки заложников, подлежащих немедленной казни.
Если произойдет такое событие, которое в соответствии с моим объявлением от 22 августа 1941 г. вызовет необходимость расстрела заложников, то казнь должна быть произведена немедленно вслед за изданием такого приказа.
Таким образом, начальники округов должны будут из общего количества заключенных выбрать тех, которые могут быть казнены в первую очередь, и занести их в список заложников. Эти списки заложников являются основой для предложений, которые должны быть сделаны мне в каждом случае.
1. На основании наблюдений, сделанных до сих пор, надо сказать, что те, кто совершают покушения, большей частью принадлежат к террористическим или анархическим кругам. Таким образом, начальники округов должны отобрать из задержанных лиц тех, которые в прошлом принадлежали к коммунистам или анархистам или участвовали в подобных организациях. Они подлежат казни в первую очередь.
При отборе необходимо учитывать, что воздействие казней заложников на тех, кто производит террористические акты, и на тех лиц, которые во Франции или за границей несут моральную ответственность как издающие приказы или как пропагандирующие акты саботажа и террора, тем больше, чем большей известностью пользуются расстрелянные. Опыт показывает, что лица, издающие приказы, и политические круги, заинтересованные в совершении покушений, пренебрегают жизнью своих мелких сообщников и, напротив, стремятся максимально охранять жизнь своих старых и известных сотрудников.