— Только сон? — недовольно протянула мама. — Вся эта рыба, эта звонкая река, этот лес — неужели это только мой сон?
— Не только твой, — торжественно заявила Нюрочка, — мой — тоже… Это наш общий сон.
— Значит, утром мне на работу, — воскликнула мама. — А я-то думала долго-долго сидеть в этой лодке и ловить рыбу.
— А мне утром — в школу, — сказала Нюрочка. — У нас на втором уроке — контрольная по математике.
— Такой хороший сон, а ты всё портишь своей математикой! — воскликнула мама. И тут она схватилась за весла и стала грести. Она уплывала от Нюрочки всё быстрее и быстрее, всё дальше и дальше, и уже издалека был слышен её недовольный голос:
— Опять она со своей математикой!
И тут всё — лес, река, лодка с мамой — исчезли, и Нюрочка оказалась в Сашиной комнате и увидела Сашу. Он сидел на полу, и на полу же была расстелена огромная географическая карта, и всё на ней — реки, моря, континенты — двигалось и перемещалось с места на место.
— Никогда не имел дело с живой картой, — растерянно сказал Саша Нюрочке. — Только хочу рассмотреть Антарктиду, как она убегает в Африку. А реки как себя ведут! Так и норовят улизнуть, прыгают с места на место, как кузнечики! Разве так ведут себя приличные реки?
— А как же тогда путешествовать? — поинтересовалась Нюрочка. — Только захочешь покататься в Египте на верблюдах, все пески и верблюды тут же станут белыми медведями и льдинами. Какая у тебя непослушная географическая карта!
— А я как раз хочу отправиться в Африку, — сказал Саша, — что же мне делать?
— Ты не переживай, — сказала Нюрочка, — ведь это только сон.
— Тогда можно смело отправляться в Африку! — воскликнул Саша. И тут он вдруг прыгнул на географическую карту и исчез.
— Ага, значит он уже в Африке, — подумала Нюрочка. — Завтра, когда он выйдет во двор, я обязательно его об этом спрошу.
И тут Сашина комната закружилась у неё перед глазами, как пёстрая карусель, а карта взлетела под потолок и растворилась в нём.
— Как весело! — воскликнула Нюрочка. А комната кружилась всё быстрей и быстрей, а потом Нюрочка закрыла глаза, и когда она их открыла, то оказалась на маленькой лужайке, посреди которой сидела Светочка и озабоченно шарила рукой в траве.
— Ну где же она? Где же она? — спрашивала она у себя самой шёпотом.
— Кто она? — спросила Нюрочка Светочку.
— Ни кто, а что… Нужная нота! — ответила Светочка, вглядываясь в высокую, зелёную траву. — Где-то здесь я её потеряла. Учитель музыки мне так и сказал: «Ты потеряла верную ноту, иди и ищи!» И я ищу, ищу, и никак не могу найти.
— Давай я тебе помогу, — предложила Нюрочка.
Она всмотрелась в стрелочки травы и вдруг увидела, как среди них бегают маленькие разноцветные ноты и поют тоненькими голосами. Иногда они сталкивались и ударялись лбами, и тогда из травы доносился звон, иногда залезали на травинки, как жуки, и, раскачиваясь, напевали песенки, каждая — на свой манер.
— Ля, ля, ля! — пели ноты, а потом вдруг начинали приплясывать, иногда — взявшись за руки, иногда — поодиночке. Встречались очень грустные ноты. Они сидели с унылым видом и пели тихую песенку, почти плача. А встречались такие весёлые, что совсем не могли усидеть на месте — они прыгали, кружились, верещали, щёлкали друг друга по носу, начинали играть в салочки.
— Какая же из них тебе нужна? — спросила Нюрочка.
— Я ищу, — сказала Светочка.
И вдруг она что-то рассмотрела в траве и радостно воскликнула:
— Ах, вот она! — и сама стала такой маленькой, как ноты в траве, и бросилась навстречу своей ноте.
«Я забыла ей сказать, что это только сон, — подумала Нюрочка, — но, может быть, это очень важно — найти верную ноту даже во сне».
Она задумчиво пошла по лужайке, вглядываясь в траву, где жили ноты.
— А моя нота — какая? — спросила сама себя Нюрочка. — Добрая или сердитая, грустная или весёлая? Если бы я только знала…
Но она не знала. Ей казалось, что нота пела где-то в глубине её сердца, и эта нота была одновременно грустной и весёлой, доброй, а иногда почему-то сердитой, голубой, а иногда оранжевой. Эта нота напевала нехитрую песенку и дружила с другими нотами — ведь даже ноты умеют дружить.
Так, размышляя, Нюрочка уходила всё дальше и дальше от лужайки, внимательно слушая песенку, что звучала в ней.
И вдруг она увидела своего дедушку, который стоял перед огромной клеткой с тигром и смотрел на яркого, глазастого тигра, который, в свою очередь, смотрел на дедушку.
— Ого! — воскликнула Нюрочка. — Вот это тигр! И что ты тут делаешь, дедушка?