Мелкие воробьиные птицы с неменьшим успехом пользуются эсперанто. Как-то в лесу канюк присмотрел гнездо с птенцами пеночки. Он уже было направился к нему, но тут прилетели взрослые птицы и, бросившись навстречу хищнику, пронзительно закричали. Птенцы в мгновение ока исчезли из гнезда, но пеночки продолжали издавать тревожные сигналы. Услышав их, прилетел зяблик и принялся усердно кричать. Потом появились синицы и горихвостки. Последними к месту происшествия пожаловали дрозды, но зато когда раздалась их громкоголосая трескотня, всему лесу было известно, что обнаружен враг. И кто спрятался, кто насторожился, в общем вряд ли кто теперь был не начеку.
Птицы могут информировать о том, что сложилась тревожная обстановка, не только своих, хотя и далеких, но родственников. Крики пернатых часто дают знать об опасности и зверям. Появится в лесу охотник, затрещит сорока — и поймут ее сообщение олени, кабаны и хищники. Тревожный крик дрозда-рябинника тоже служит сигналом для всех лесных жителей. На него реагируют и разные птицы и звери. Иногда птицы могут включать в свой «репертуар» даже крики тревоги млекопитающих и использовать их в соответствующей ситуации. Горные майны, живущие в тропических лесах Южной Азии,— прекрасные имитаторы. Недавно американский ученый Ричард Р. Тенанза, наблюдавший за ними, установил, что они искусно воспроизводят сигналы тревоги гиббонов Клосса и других обезьян. Причем едва раздастся крик обезьян, предупреждающий об опасности, как его сразу же подхватывают майны. Тропический лес постоянно оглашается громкими криками обезьян. Однако майны имитируют лишь сигналы тревоги, которые звучат не так уж часто. Это говорит о том, что птицы умеют отличать передаваемую гораздо реже, но более важную информацию от менее важной.
У птиц есть еще один вид сигналов, являющихся своеобразным эсперанто. Это крики бедствия, которые они издают в момент наибольшей опасности для жизни. Эксперименты показали, что на подобный сигнал сойки реагируют полевые, домовые воробьи и дрозды-рябинники. Услышав крик бедствия скворца, улетают подальше от опасного места врановые. Кулики, чайки, вороны, живущие вместе на морских побережьях, независимо от того, кто из них издал крик бедствия, прекрасно понимают, что произошло и какие из этого надо делать выводы.
Оказавшись в лапах хищника, воробьиные кричат настолько похоже, что порой бывает трудно определить, кого же постигло несчастье: то ли в когтях ястреба-перепелятника оказался воробей, то ли большая синица, то ли еще какая птаха. Когда такой крик раздается на близком расстоянии, птицы бросаются в разные стороны и укрываются в гуще ветвей.
Крики бедствия очень многих птиц похожи по своей структуре: они представляют собой короткие звуки, которые непрерывно следуют друг за другом с небольшим интервалом. Доктор биологических наук В. Д. Ильичев, проанализировавший крики бедствия 15 видов птиц, обнаружил, что у степных орлов, кедровок, домовых сычей, волнистых попугайчиков, гаичек и других пернатых «схема произношения» их приблизительно одинакова.
Овсянки, дрозды, синицы и зяблики, увидев ястреба, объявляют тревогу с помощью специального сигнала. Когда он раздается, остальным ясно, что появился ястреб, а не какой-либо другой хищник. Птицы и сходно реагируют на этот крик, и сам он, изданный совершенно разными видами, имеет много общего.
Мелкие лесные птицы, живущие в одной местности и одинаково страдающие от одних и тех же хищников, специальным сигналом оповещают о появлении и такого врага, как сова. Крик этот по своей структуре схож у многих пернатых: черного дрозда, дерябы, зарянки, крапивника, чекана, зяблика и садовой славки. Причем звучит он у всех в строго определенной полосе частот — от 7 до 9 килогерц.
Схватил хищник — сама виновата
Кто когда-нибудь был свидетелем, как лягушку схватил хищник или вдруг ей причинили боль, знает, что она при этом громко и пронзительно кричит. Так называемый «крик отчаяния» можно услышать от многих видов амфибий, попавших в совершенно безнадежное положение. Оказавшийся в ситуации, сходной с лягушачьей, пронзительно кричит и верещит заяц, а раненая сибирская косуля «вопит».
Если домовая мышь почувствует боль, она тоже издает специальный сигнал. Длительность его у молодых и взрослых мышей одинакова, но по частоте крики различаются: у малышей она значительно ниже — всего 4 килогерца, а у «стариков» порой достигает и 30 килогерц.