Встав с кровати, Оля проследовала в ванную. Приняла контрастный душ. Она делала это редко, потому что не любила перепады температур, но что бодрит лучше, чем он? Разве что кофе, принятый после. Ольга была вялой. Она тревожно спала, а еще ощущала легкое недомогание. Побаливала голова и першило в горле. Простыла вчера, что ли?
Она вместо кофе сделала себе чаю с медом. Добавила бы бальзама, да он кончился. Зазвонил телефон. Ольга взяла его и увидела на экране незнакомый номер.
— Алло.
— Привет, Оля. Это Леша.
— О, доброе утро, — он взял ее телефон вчера.
— Надеюсь, не разбудил?
— Нет, я давно встала.
— Какие у тебя планы на день?
— Хотела навестить маму, немного прибраться.
— Если найдешь немного свободного времени, я хотел бы попросить уделить его мне.
— Дай угадаю, ты хочешь, чтоб я тебе показала барак, в котором жил Богдан с матерью?
— Какая ты проницательная.
— Я поняла, что тебя зацепила его история. Хорошо, я могу через час с тобой встретиться. Подъедешь?
— Да, скидывай адрес.
Допив чай, Оля пошла собираться. Хорошо, что она не относилась к числу тех женщин, которые перед встречей с мужчинами долго приводили себя в порядок: красились, укладывали волосы, выбирали одежду. Она чуть припудривалась, распускала или забирала волосы, натягивала джинсы и какую-нибудь кофту. Покупала те, что не мнутся, потому что терпеть не могла гладить, как и выглядеть неопрятно. Не то чтобы она не наряжалась. Бывало и такое. Но по каким-то торжественным датам. У нее имелись платья, туфли на каблуках. И когда она была при параде, то выглядела как звезда. Подруга Виола не понимала, почему Оля не прихорашивается ежедневно. Немного стараний, и у ног Михеевой будет лежать весь мир.
— Ты должна сверкать, Михей! — так она ее называла. — Ослеплять всех неземной красотой.
— Зачем?
— Ты же звезда. Такие бабы, как ты, рождаются раз в сто лет. Но у тебя что-то с самооценкой, и ты целенаправленно сливаешься с серой массой.
— С тобой многие поспорят. Считается, что у меня мания величия.
— Горе у тебя… От ума.
— Вилка, — так уже Оля называла подругу. — Ты сама не любитель эффектных выходов в люди.
— Потому что мне ничего не поможет: ни косметика, ни шикарная одежда. Я дурнушка. И для таких, как я, ум — это спасение. А тебе бы немного деградировать. И распушить перья. Глядишь, замуж возьмут.
Сама Виола была счастлива в браке. Отличный муж, умница-сынок. На подходе дочка. Вышла замуж, учась в универе. За сокурсника, красавца, пользующегося популярностью у девушек. Никто и подумать не мог, что он выберет невзрачную Виолу, белобрысую, конопатую, тощую. За ним такие девахи бегали! Но парень остановился на Вилке, потому что только она видела красоту его души, а не оболочки. Тогда-то и сам понял, что она важнее всего, и полюбил белобрысую, конопатую, тощую сокурсницу.
…Алексей подъехал к дому ровно через час. Оля вышла.
В машине Раевский был один.
— А где твой друг? — спросила она.
— У Аленушки в гостях.
— Со вчерашнего дня?
— Нет, проводил, вернулся. Друг мой романтик, и если девушка ему нравится, он ведет себя по-джентльменски, очень внимательно. Поутру нарвал букет, вспомнил, что конфеты вчера купили, а так и не открыли коробку, потащил презент Аленушке.
— Молодец какой. И как вам спалось?
— Мне тревожно. Забывался на полчаса и вскакивал. То мне клопы мерещились, то крысы. Мешали запахи, звуки. Было холодно. И сны какие-то дурацкие одолевали. Проснулся ни свет ни заря и стал ждать десяти утра, чтобы тебе позвонить — раньше неприлично.
— А что тебе снилось?
— Барак. Подпол. Лаз, через который я выбираюсь на улицу и вижу высокие сосны вдалеке. История твоя, как ты верно заметила, взволновала меня. — Он притормозил у развилки, спросил, куда ехать.
Оля указала. Затем проговорила:
— Богдана запирали в подполе. И он выбирался через лаз, что прорыл сам.
— Четырехлетний малыш?
— Барак был в ужасном состоянии, он прогнил, просел. В подпол заливалась вода, она размыла землю. Он смог ее расковырять.
— Что же это за тварь такая, что оставляет сына, как крысенка, в стылой, влажной яме?
— Пьяница, наркоманка и, скорее всего, психически ненормальная… тварь, да… даже не буду спорить.