— А что, похож мой спутник на того мальца?
— Ест так же.
— А внешне?
— Черт его знает. Не помню, каким Барашек был. Но не кудрявым. Волосы торчали.
И принялся жадно есть. Леша от него не отставал. Оля диву на него давалась. Вчера, пока трижды тарелку не протер, куска в нее не положил.
И овощи придирчиво осматривал перед тем, как в рот отправить. Сейчас же уплетал сомнительное варево из помойной посуды.
— А что с ним случилось, помните?
— Пропал вместе с матерью, — ответил дядя Вася, и из его рта выпал непрожеванный рыбий хвостик. — Я понял, что давно не видел Барашка, пошел проведать, а в квартире никого. Ни Олеськи с сыном, ни Люськи-соседки, ни их общего хахаля.
— Дальнобойщика?
— Наверное. Он бывал наездами тут. Ночевал ночь, другую, потом пропадал на неделю. Я бы о нем и не знал, если бы бабы за него не дрались. Олеська привела, а Люська пыталась отбить. В итоге водила жил с одной, бегал к другой.
— Люська одна жила?
— Да.
— А выглядела как?
— По сравнению с Олеськой хорошо. Без ожогов и проплешин.
— Почему тогда водила к ней не ушел?
— Кто его знает, — пожал худыми плечами старик. В кастрюле оставалось еще варево, он долил его себе, Леша жестом отказался от добавки. — Я не вникал в их «Санта-Барбару». Мальца жаль было. Добрый был, а умный какой! Бывало, сидим, едим, а он мне истории рассказывает об ученых или художниках. Еще считать умел. И это в четыре года! А уж в пять умножал. И никто Барашка этому не учил.
Он так связно говорил, что Оля забыла о том, что мужчина не в себе. Но просветление резко сменилось вспышкой неадекватного поведения:
— Вы кто такие? — вскричал он, вскочив. Миска с недоеденным супом упала на пол. Жижа растеклась по нему, но дядя Вася не заметил, сделал шаг вперед, вступил в лужу. — Забрать меня хотите? А вот фиг вам! — И швырнул в Олю ложку. Благо она смогла увернуться.
— Дядя Вась, дом покрась, — проговорил Алексей.
— Чего? — взревел тот.
— Задания для тебя есть. Профсоюз маляров послал нас не только для того, чтоб передать тебе гуманитарную помощь.
— Какую?
— В кармане у тебя пять тысяч. Ты получил их. Проверь.
Старик сунул руку в карман и достал из него пять купюр.
— Да, получил…
— Вот! А еще для тебя есть работа. В «Лире» дом облупился. Его нужно привести в порядок. Возьмешься?
— Могу, — выпятил морщинистую нижнюю губу старик. — Но материалы с заказчика. У меня сейчас ничего нет. И гонорар.
— Понятное дело. Спасибо за суп. Мы с тобой свяжемся.
— А как? У меня ж телефона нет.
— Приедем. Ты ж никуда не денешься?
— Не. Выхожу на полчаса, за водой и едой. И снова сюда.
— Тогда жди.
И, похлопав старика по плечу, зашагал к выходу. Оля следом.
Когда они покинули барак, она выдохнула:
— Наконец-то! Мне там было не по себе.
— Серьезно? А я чувствовал себя комфортно. Что странно.
— Да уж. Ты ел из помойной миски.
— Ты удивишься, узнав, что у меня аллергия на кучу продуктов и астма. Однако со вчерашнего дня я не выпил ни одной таблетки и не воспользовался баллончиком.
— Чудеса?
— Не иначе.
Они направились к машине. Леша, играя ключами, о чем-то напряженно думал.
— Не переживай, дядя Вася о тебе уже забыл.
— О чем ты?
— Ты пообещал ему трудоустройство.
— Я найму его красить дачу. Куплю все, что нужно, заплачу за работу, это не проблема.
— Он ненормальный, Леша. Если не спалит дом, то так его отреставрирует, что придется переделывать.
— Барак цел, так что о пожарах можем не беспокоиться. А уж если чудно накрасит, так не страшно.
— Зачем тебе связываться с ним?
— Помочь хочу.
— Как когда-то он тебе?
— Мне или не мне, не важно. Мы ведь не узнаем сейчас, я от рождения Леша или меня усыновили добрые люди и до пяти лет я был Богданом.
— Можем попытаться.
Леша остановился. Посмотрел на Михееву напряженно, даже сердито.
— Есть человек, который может знать, что произошло с Олесей.
— Он такой же маргинал, как и она?
— Как раз напротив. Исключительно достойный человек. Заводи машину, а я ему пока позвоню.
Глава 3
Райка обожала скорость!
И мечтала о гоночном мотоцикле. Но пока могла себе позволить только мопед. А он больше шестидесяти не разгонялся. Но и на этой скорости можно было словить кайф. Особенно, свернув с трассы, где куча машин, в том числе грузовых, на проселочную дорогу.