— Лучше сына Маэстро. Он и возле нас терся постоянно, и на отца был очень обижен все годы. Так что если не получится снять фильм о закиданном камнями творце, сляпаешь нечто о его обиженном чаде. У меня телефон Ленчика есть. От Киры достался. Печерский-младший к ней подкатывал. А она хотела мне его передать. Сынок Маэстро без бабы совсем беспомощный. Не знает, как жить.
— Так что ж ты его не прибрала?
— Я бы с радостью. У него квартира, машина. Какой-никакой стабильный доход. Но Леньке баба бездетная нужна. Чтобы всю себя ему посвящала. Забраковал меня. Так давать тебе его номер? — Райка пожала плечами. — Кстати, он в твоем вкусе. Бесхребетный.
— Я талантливых люблю.
— И дура. Надо крепко стоящих на ногах мужиков выбирать. Попался бы мне Слесарь-сантехник экстра-класса. Непьющий, работящий. Я б его на руках носила. Но мне, увы, везет на всякую творческую шваль. Ты-то по молодости прешься от нее, а я пожила с непризнанным гением. Такие надежды подавал! — Она говорила о бывшем муже, выпускнике операторского отделения ГИТИСа. — Но как трудности начались, лапки свесил. Нет бы пойти снимать свадьбы. Так нет, не для этого учился. И что в итоге? Я одна тяну дочь, а он все в большое кино рвется, забывая о том, что за двадцать лет только его вуз выпустил сотни специалистов.
— Есть же реализовавшие себя таланты.
— Да, но нам до них как до луны. Мы ходим на тусовки, которые проводятся в залах для поминок.
— Но со слесарем-сантехником я жить не смогу.
— Почему же? Чем он плох?
— О чем нам говорить? О канализационных трубах?
— Может, он много читает? Увлекается фотографией? Лепит из пластилина, наконец?
— Тебе встречались такие слесари?
— Я же тебе говорю, не везет мне с мужиками. Как и тебе.
— Тебя хотя бы за скрытого гея замуж выдать не пытались, — рассмеялась Райка. — Если бы не вмешательство в мою личную жизнь отца, как знать, кого бы я выбирала…
Они еще долго говорили о мужиках, талантливых и не очень. Разошлись поздно. А утром Марго позвонила и велела ехать в Приреченск, потому что она договорилась о встрече с Леонидом Печерским, а он как раз там.
Глава 4
Райка сидела в кафе на главной площади города, пила кофе с пирожными. Хоть цены тут были несравнимы с московскими, она все равно не могла себе позволить трату в размере пятиста рублей. Большой капучино, два эклера, один со сгущенкой, второй с заварным кремом, это четыреста пятьдесят рублей, плюс на чай. Оставалась надежда на то, что человек, с которым она договорилась встретиться, не кинет ее. Он явится и оплатит ее счет, как истинный джентльмен. Если нет, она попытается сбежать. Не получится — отдаст последнюю денежку, и тогда придется клянчить бензин у местных автомобилистов, потому что на обратную дорогу того, что в баке остался, не хватит.
Городок Райке очень понравился. И эта кафешка с летней террасой. Но пирожные оказались суховатыми. Такие в магазине по сорок рублей за штуку. Быть может, они оттуда. И все же Райка ела эклеры с аппетитом. Она была голодна и обожала сладенькое. Поэтому в капучино высыпала весь предложенный сахар.
Она доела первый эклер, когда увидела мужчину. Он направлялся к кафе и привлек внимание Райки своим баскетбольным ростом. Ее всегда тянуло к высоким, но оба ее бывших были в районе ста семидесяти — музыкант чуть выше, актер ниже. Этот же просто Гулливер! Причем симпатичный. Лицо мужественное, с четкими, хоть и некрупными чертами. Брутальная щетина. У ее эксов проблема была с растительностью на лице. «Маленький принц» так и не оперился, а у рокера имелась борода, но куцая.
Гулливер тоже глянул на Райку с интересом. Но, скорее всего, потому, что она на него пялилась. Девушке стало неловко, и она отвернулась. Солнце припекало. Райка высунула лицо из-под полосатого тента и подставила его под лучи. Пусть загорает.
— Добрый день, — услышала она за спиной. Обернулась. За соседний столик присел Гулливер.
— Салют.
— Вы меня извините, пожалуйста… — Мужчина помялся. — У вас на носу шоколад.
Райка схватила салфетку и принялась его тереть. С какой же жадностью она ела эклер, что не заметила, как глазурь попала на кончик носа.
«Вот почему он так на меня смотрел, — промелькнуло в голове. — А я на секунду подумала, что понравилась ему…»
— Все? — спросила Райка, снова обернувшись. Гулливер кивнул. — Спасибо.
— Не за что, — улыбнулся он.
Девушка вернулась к кофе. Часы на телефоне показывали одиннадцать. Встреча была назначена на десять сорок пять. Человек уже прилично опаздывал. Райка позвонила ему.