— А этот мужчина, которого я выпустила, он кто?
Котёнок прижал уши и кинул на меня подозрительный взгляд жёлтых глаз. По спине пробежал холодок. Стало не по себе. Стараясь улыбнуться, я пожала плечами и отвернулась, делая вид, что проверяю готовность мяса. Успокоившийся Тивилл забрался на колени, сворачиваясь клубком, и лениво зажмурился. Пусть он всё ещё относился ко мне настороженно, но постепенно начинал привыкать. Это, определённо, радовало.
Мысль о том, что могу снова остаться в одиночестве, пугала. Задумавшись, на сколько сильно нас связывает клятва и данное котёнку имя, я не сразу обратила внимание на его тихое бормотание. Виновато склонив голову и ругая себя на все лады, я попросила повторить. Тяжело вздохнув и закатив огромные жёлтые глаза, мой пушистый друг почти по слогам произнёс:
— Он бог. Один из многих.
— Это я поняла, но ведь его за что-то бросили в клетку.
— А тебе это зачем знать?
— Просто интересно, на чьей я теперь стороне.
— Ни на чьей. — котёнок удобнее развалился, подставляя пушистый живот расходящемуся во все стороны жару от костра. — Ты свою роль сыграла. Дальше никто ничего требовать не будет.
— А если явятся те, кто его заточил?
— Вот тогда и будем решать.
Согласно кивнув, я сняла тушку с огня, убеждаясь в её готовности. Горячее мясо обожгло пальцы. Разложив пусть и пресную, но всё же долгожданную еду на сложенные друг на друга листья растения, отдалённо напоминающего наш привычный подорожник, я протянула Тивиллу его порцию. Удивлённо переводя взгляд с меня на исходящееся паром мясо и обратно, котёнок воровато схватил кусочек, порываясь бежать.
— Эй, ты чего? Не кормили никогда что-ли?
Заметив затравленный взгляд своего маленького знакомого, я осеклась, мысленно давая себе уже неизвестно какой по счёту подзатыльник. Ну в самом деле, не от хорошей жизни же он решил сбежать, когда оказался один в ночном лесу. И когда я уже начну думать прежде, чем говорить?
Осторожно протянув руки к напрягшемуся зверьку, я подняла его, усаживая на колени и протягивая кусочек мяса. Порывистым движением Тивилл утащил его с ладони и, держа двумя лапами, начал есть. Сдержать расползающуюся по губам улыбку умиления не получилось. Покосившийся на меня котёнок это заметил, тут же обиженно дёргая усами:
— Чего лыбишься?
— Ничего. — я не сразу нашлась, что ответить, продолжая разглядывать пушистый комок. — Просто ты красивый. И милый. И я рада, что встретила тебя.
— Да, я такой. — Тивилл довольно зажмурился. Видимо, мои слова его порадовали. — Ешь давай. Нам ещё идти и идти.
— Куда? — я чуть не поперхнулась от неожиданности. Котёнок уже имел план и даже со мной не поделился.
— Тут за лесом есть деревня. На самом краю дом заброшенный. Я видел, там нет никого. Так что если займёшь, местные не обидятся.
Что ж, с провожатым мне явно повезло. Довольно улыбнувшись и запихивая в рот остатки завтрака, я подхватила котёнка на руки, предлагая указывать дорогу. Тёмный и страшный ночью, в свете солнечных лучей лес оказался очень приветливым. Не особенно беспокоясь о мелких ссадинах, остающихся на голых ногах, я пошла вперёд. Что бы ни ждало меня там, это явно лучше, чем ещё одна ночь под открытым небом.
__________________________________________
Не забывайте ставить "Мне нравится" ❤
И нажимайте "Отслеживать автора", чтобы не пропускать обновления :)
Глава 4
Прогулка по усыпанной ещё не просохшими после дождя сосновыми иголками земле оказалось на редкость неприятным занятием. Впрочем, это всё равно лучше, чем сидеть на одном месте и надеяться на чудо. Глубоко вдохнув, я улыбнулась, стараясь во всём видеть позитивные моменты.
Влажный воздух, пахнущий хвоей и дикими травами, приятно щекотал нос, напоминая о тех редких моментах, когда я гостила у бабушки. В то время я под любым предлогом старалась оказаться подальше от дома. На природе, без постоянного контроля и в компании с интересной книгой всегда было спокойнее.
Заметивший моё приподнятое настроение Тивилл спрыгнул с плеча, предпочтя прогуливаться самостоятельно. Истинный кот, гуляю где хочу и сам по себе. Задравший мордочку зверёк обернулся, услышав мой тихий смешок и осуждающе покачал мордочкой:
— Чему это ты так радуешься, смертная?
— Меня Олесей зовут, вообще-то. Заруби это на своём розовом носике.