— Не страшись, деточка. Само время на твоей стороне.
— Кто вы? Что вы знаете обо мне? — только почувствовав, что меня отпустили, я поспешила спрятать руку за спину.
— О тебе то? Да, чай, и ничего, пожалуй. Ведомо мне только, что судьбою тебе сделать предначертано было. И что сделала ты, не побоявшись кары Высших. Дальше дело твоё. Да только помни, дитя, тёмное сердце любить не способно. Погубит он и тебя и твой свет.
— Постойте. — я протянула руку, безуспешно пытаясь ухватить старушку за грубую накидку. Больше ничего не сказав, она мгновенно растворилась в толпе. — Что за причуда у всех не представляться?
— А ты что хотела? — Тивилл запрыгнул ко мне на плечо, потираясь о щёку мокрым носом. — Имя свою силу имеет. Кто его знает, у того и власть.
— Но я же представилась этому богу в пещере и ничего не произошло.
— Вот же глупая. — котёнок важно поднял мордочку, неожиданно напоминая нашего профессора живописи. Тот, в редкие дни, когда бывал трезвым, так же задирал нос и важно вещал о высоком. — Это потому, что ты человек. Смертная. Вы вообще всё как-то неправильно делаете. Для вас и имя просто звук.
Вспомнив, что собиралась рассмотреть старый клинок, прячущийся среди бумаг, я вновь бросила взгляд на прилавок. Покосившийся а меня торговец недовольно фыркнул и отвернулся. Задумавшись на мгновение, понял ли он, что денег у меня совсем нет, или такая реакция вызвана чем-то другим, я нахмурилась. Так заинтересовавшего меня кинжала нигде не было.
Попытка вспомнить, подходил ли кто-нибудь к лавке, пока я разговаривала со странной старушкой, ни к чему не привела. Рядом с нами точно никто не останавливался. А значит высокомерный торговец сам спрятал, вероятно, ценную вещицу. Гадая, как старый ржавый ножик мог так заинтересовать, я усмехнулась. Этот мир готов преподносить сюрприз за сюрпризом. И лучше бы поскорее здесь освоиться, а то можно и в неприятности влипнуть.
Хмыкнув, я двинулась вдоль торговых рядов, углубляясь в тенистую боковую улочку. Желание изучить местный быт пересилило мгновенно вспыхнувшую из-за слов Тивилла обиду за весь род людской. Ни чуть не смущаясь и заглядывая через плетёные заборчики, я всё больше хмурилась. На каждом дворе работали люди, кипела жизнь, полностью состоящая из магии. Кажется, даже вода в скачущих по грядкам лейках появлялась сама.
Удивляясь, что совершенно любая работа выполняется исключительно благодаря колдовству, я попыталась найти хоть одного человека, работающего руками. Оказалось, это совершенно бесполезно. Не обращающие на меня внимания люди легко управлялись с магией и заумными инструментами, избегая малейшего физического труда.
— Они что, все волшебники?
— Ещё чего. — Тивилл скривил розовый носик, демонстрируя своё отношение к суетящимся людям. — Это всё талисманы. Их торговцы из города привозят и продают. Нечего зенками сверкать, дорого это. Тебе точно не перепадёт.
Понуро опустив голову, я нахмурилась. Не то, чтобы мне легко доставались желанные игрушки, но в конце концов я всегда их получала. Сначала за помощь по дому, потом за хорошие оценки. Уже после, когда хотелки стали дороже, устроилась удалённо на подработку. Отец злился, но тратить своё состояние на дочуркины причуды не желал.
В этом мире все оказалось иначе. Едва ли я смогу справится с делами по хозяйству эффективнее и быстрее, чем магия из побрякушек местных. А значит, предложить мне им нечего. Придётся действовать хитрее. Зреющая в голове мысль окончательно оформилась. Улыбнувшись, я взяла котёнка на руки, держа ровно перед собой:
— Если талисманы дорогие, почему ими все пользуются?
— Иначе не умеют. И никто не умеет. Эй, ты чего удумала?
Не слушая возмущения духа, я устроила его в глубокой сумке и быстрым шагом направилась в сторону выхода из деревни. Всё, что мне было нужно, я уже увидела. Полная антисанитария, отсутствие навыков лечения и готовки и совершенная неприспособленность к жизни. Людям дали магию, но не научили, как правильно использовать. Довольно фыркнув, я ускорилась, предвкушая ночь, полную изучения старых книг, оставшихся от прошлой хозяйки дома.
***
Щеки коснулась мягкая лапка. Недовольно поморщившись, я попыталась отмахнуться, тут же вскрикивая от впившихся в щёку коготков. Довольный проделанной работой Тивилл уселся поверх разложенных на столе бумаг. Будто ничего не произошло, котёнок принялся умывать мордочку, искоса поглядывая и запоминая мою реакцию.