Пытаясь на ходу изобрести оправдание и при этом не переставая следить за булькающим зельем, я усмехнулась. В очередной раз моей жертвой стала посуда. Дух такого расточительства точно не простит, но надеяться, что весь этот кошмар можно отмыть не приходилось. Впрочем, нервному котёнку об этом лучше пока не знать. А потом может и забудется как-нибудь. Ведь не ведёт же он учёт количества кастрюлек и поварёшек, в самом деле. Хотя, если так пойдёт и дальше, скоро в доме останутся только вилки. Это в лучшем случае.
Влетевший на кухню Тивилл бешено вращал глазами. Вздыбленная шерсть искрилась от готовой испепелить всё вокруг магии. Опасно зашипев, дух выгнул спину и уставился на зажатую в моей руке поварёшку. Медленно, будто испытывая терпение, капля изумрудно-зелёного зелья скатилась по металлической поверхности, оставляя а собой тёмный след и сорвалась, пачкая пол разлетевшимися брызгами.
Глупо улыбаясь, я подняла глаза на котёнка. Осторожно ступая между раскиданными по полу бумагами, он приблизился ко мне, вспрыгнул на стол и сунул мордочку в котелок с лениво булькающей вязкой субстанцией. От сладкого запаха, заполнившего кухню, в животе предательски заурчало.
— Что. Ты. Сделала. С. Моей. Кухней?! — от раздражённого шипения волоски на теле встали дыбом. — Отвечай, не то я за себя не ручаюсь.
— Это отмоется. — попятившись, я упёрлась спиной в облокотившегося о дверной косяк бога и замерла. — Ну, я так думаю.
Вздрогнув от едва сдерживаемого смеха за спиной, я нахмурилась, оглядывая то, что осталось от некогда опрятной, чистенькой кухоньки. Сваленная в одну большую бадью посуда со следами неудачных попыток источала удручающий запах горелой карамели. Серебристая пыльца в результате, честное слово, совершенно случайно произошедшего взрыва, тонким слоем покрыла многочисленные пузатые кувшины и горшки, расставленные на полках.
Из-за приоткрывшейся дверцы шкафа выпала бутылка и разлетелась на крошечные осколки. Со стороны Тивилла послышался утробный рык. Золотые глаза полыхнули алым. Нервно усмехнувшись, я поспешила к котелку, наскоро выливая содержимое на промасленную бумагу и надеясь, что хоть в этот раз всё получится.
Грозный взгляд духа практически кричал о неминуемом наказании за то, что вломилась в его обитель и развела бардак. Кое-как сформировав загустевшую массу в небольшие шарики, я облизнулась. Получившиеся леденцы пахли мятными конфетками от кашля из моего детства. Нахлынувшие воспоминания о тех редких моментах, когда родители ещё были вместе, вызвали печальную улыбку.
Так получилось, что я росла здоровым, не капризным и довольно тихим ребёнком. Так что у отца, всей душой желавшего мальчика, и матери, которой важнее было построить карьеру и скорее сбежать от тирана мужа, особых причин возиться со мной не находилось. Наверное, именно поэтому я так любила редкую простуду, укладывающую меня в постель, ведь, пусть всего на несколько дней, но я становилась центром их вселенной.
— И ради этого я таскался с тобой в другой мир?
Подошедший Рыжик поднял леденец, разглядывая проходящие сквозь него лучи заходящего солнца. Любуясь запутавшимся в рыжих волосах светом, я улыбнулась и кивнула. В руках бога обычная конфета была похожа на драгоценный камень. Не долго думая, мужчина закинул сладость в рот и покатал шарик на языке изучая.
— Скоро осень, сезон простуд. — я пожала плечами, стараясь отвлечься от мягких тонких губ. — Я подумала, что если смешать листья сибронии от кашля и цветки ремины в качестве жаропонижающего, получится неплохая комбинация.
— Сахар, травы и — Рыжик на мгновение задумался. — корень оморока. Недурно. Хоть на что-то годишься. Сама придумала?
— А ты будто бы удивлён. — прищурившись, я ткнула пальцем в грудь смеющегося мужчины. — Или в самом деле не ожидал от смертной?
— Скорее не ожидал от тебя.
Разгорающуюся перепалку прервал опасно тихий голос Тивилла. Дух подскочил к бадье с горой посуды и махнул хвостом. В отличии от моего, его настроение ни чуть не улучшилось. Прищурив всё ещё отдающие алым глаза, он оскалился. Впервые это выражение его мордочки не вызывало приступ умиления. Сейчас котёнок выглядел так, словно готов разорвать на части всякого, кто осмелится не подчиниться.
Стараясь не выдавать своих опасений, я осторожно улыбнулась. В голове всплыли отрывки из рассказа бога. Духи — это завершившие свой путь смертные, при жизни обладавшие сильнейшей связью с источником магии пяти миров. Веками они существовали без физической оболочки, набираясь сил, чтобы однажды вступить в войну с высшими светлыми богами. То были тёмные времена для Пятимирья. Хаос и открытые границы позволяли кому угодно путешествовать между кругами и творить, что вздумается.